— Мне нужно идти. Мне нужно подготовиться к поездке.
— Удачи, Раф, я серьезно.
— Спасибо, stronzo25. — Я нажимаю кнопку завершения вызова и бросаю телефон на матрас. По крайней мере, худшая часть позади.
Теперь все, что мне нужно сделать, это убедиться, что пути моего клиента и моей семьи никогда не пересекутся, пока мы будем в Риме.
Крики эхом отдаются в моем подсознании, леденящие кровь крики учащают мой пульс. Мое дыхание становится прерывистым, и я закрываю глаза в тщетной попытке заглушить всплывающие воспоминания.
Но уже слишком поздно.
Меня затягивает в эту комнату, темнота заползает в каждый угол, металлический запах крови проникает в мои ноздри. И эти крики, о Dio, я никогда не выкину их из головы. Они навсегда врезаны в мой череп, так же как моя татуировка и вытекающая из нее кровь, окрашивающая тыльную сторону моих век.
— Отпусти ее! — кричу я. — Я сделаю все, что ты захочешь. — Сжимая пистолет в кулаке, я падаю на колени, когда он прижимает нож к ее шее.
— Слишком поздно, figlio mio26, ее судьба решена вместе с твоей, traditore pezzo di merda27.
— Никогда не поздно, просто, пожалуйста, не…
Крик проносится по комнате, вырывая воздух из моих легких. Только когда я чувствую, что слезы текут по моим щекам, я понимаю, что гортанный вой исходил от меня. В моем сердце происходит перелом, раскалывающий пополам не только мой слабеющий орган, но и все мое существо. Лужица темно-красного цвета в нескольких дюймах от моих джинсов, когда я стою на коленях на полу, ошеломленный, неподвижный, оцепеневший. Я опускаю руки на бетон, и кровь стекает по моим ладоням. Она все еще теплая…
Сцена расплывается и отступает в темные закоулки моего измученного подсознания, чтобы мучить меня еще день. Я быстро моргаю и сажусь прямо, пытаясь очистить свой разум от ужасных образов, которые отказываются оставаться похороненными. Пот стекает по моей спине, когда я соскальзываю с матраса и меряю шагами крошечную комнату. Я никогда не переживу эту поездку в Рим.
Обреченно вздыхая, я направляюсь в ванную. Мне нужен гребаный душ.
Когда я вхожу в комнату Изабеллы, кажется, что взорвалась бомба. Четыре открытых чемодана стоят на плюшевом ковре, а одежды больше, чем стоит на вешалках в Barney's, разбросано по кровати, поверх шкафов и вывалилось из шкафа. Это первый раз, когда мне был предоставлен доступ в ее личное убежище, и я не могу не принять все это близко к сердцу. Обычно меня провожают у ее двери холодной улыбкой или презрительным взмахом руки.
За этим хаосом я вижу частички избалованной маленькой принцессы, стоящей у массивной гардеробной, которая могла бы послужить спальней для большинства. Вся стена занята полками, расставленными сверкающими медалями и трофеями. Кажется, что principessa преуспела во всем — от балета до верховой езды. Выпускная речь с ее выпускного класса в средней школе, диплом с отличием Нью-Йоркского университета и пустая рамка рядом с первыми двумя дипломами. Я придвигаюсь ближе и вглядываюсь в крошечную черную надпись на внутреннем углу позолоченной рамки: Изабелла Валентино, доктор медицины.
Похоже, что у моей клиентки уже распланировано все ее будущее.
Я продолжаю осматривать комнату, пока ее внимание полностью сосредоточено на чем-то другом. Под главной полкой с трофеями я нахожу еще несколько наград, на них нет типичных позолоченных символов на пьедестале. Вместо этого они от благотворительных организаций: Гуманитарная премия от Фонда борьбы с раком, Награда за общественные работы от города Манхэттен, премия Ангела от больницы Нью-Йоркского университета Лангоне, Награда за пожизненные достижения в филантропии… этот список можно продолжать и дальше.
Разочарованное ворчание обращает мое внимание на маленькую отличницу, которая сидит на чемодане от Гуччи и пытается застегнуть молнию. Не может быть, чтобы эта девушка заслужила все эти награды.
— Нужна помощь, principessa?
Ее верхняя губа изгибается в усмешке, когда я протягиваю руку. Она снова безуспешно пытается застегнуть молнию на крупногабаритном багаже, прежде чем ее плечи опускаются, и она, побежденная, сползает с чемодана. — Да, — бормочет она.
— Что, да? — Я опускаюсь рядом с ней и приподнимаю бровь.
— Будь полезен и закрой мой багаж, — огрызается она в ответ.
— Я не твой дворецкий, principessa. — Я медленно поднимаюсь, но ее рука обвивается вокруг моего предплечья, притягивая меня назад.
— Пожалуйста, — выдавливает она сквозь зубы. — Я не могу его закрыть.