Она молчит уже целых несколько минут, что совсем не похоже на мою болтливую принцессу.
— Немного, — наконец бормочет она.
До меня доходит, что я все еще внутри нее, и, возможно, ей неудобно. — Болит?
— Не совсем.
Выражение ее лица расслабленное, но, на мой взгляд, слишком безучастное. Обычно я могу читать ее как открытую книгу, но прямо сейчас я понятия не имею, что она чувствует. Сожалеет ли она об этом? Судя по оргазму, я почти уверен, что ей это понравилось, но было ли все это показухой?
Я осторожно подношу руку к ее щеке и глажу нежную кожу. — Ты пугаешь меня, principessa, я никогда не видел тебя такой спокойной.
Раздается тихий смешок. — Я просто задумалась.
— По поводу чего?
— А ты как думаешь? — Намек на озорство затемняет яркую синеву ее глаз.
— На этот раз я понятия не имею.
— Ну вот, это уже интересно. Может, я и потеряла девственность, но я обрела новую сверхспособность — скрывать от тебя свои самые сокровенные мысли.
Теперь слабый смешок раздается у меня в груди. — Во-первых, ты не теряла свою девственность. Ты подарил ее мне. — От этой мысли у меня сжимается в груди, легкие с трудом функционируют. Почему она оказала мне такую честь? — Теперь это мое навсегда.
Ее глаза сужаются, когда она смотрит на меня. — Вряд ли это справедливо. Я дала тебе нечто настолько значимое, а что ты собираешься дать мне взамен?
Мое сердце. Моя гребаная душа. Все.
Я прячу блуждающие мысли за зубами и держу их там. Потому что это слишком много и слишком рано.
И неправильно.
Я напоминаю себе в сотый раз, потому что, по моему опыту, человек не может быть эффективным телохранителем, когда речь идет о сексе, а чувства? В тысячу раз хуже.
— Все, что ты захочешь, — наконец выдыхаю я.
Она начинает двигаться подо мной, ее бедра прижимаются к моим. Мой полутвердый член все еще внутри нее, и если она продолжит в том же духе, я снова буду готов к следующему раунду всего через несколько секунд.
— Это то, чего ты хочешь? — Уголок моих губ подергивается.
Ее руки скользят к моей заднице, пальцы впиваются в кожу и подталкивают меня. — Для начала.
— Ты уверена, что справишься с этим? Я, возможно, не смогу сдержаться теперь, когда знаю, насколько греховно сладкой ты чувствуешься.
— Я справлюсь. — Она покачивает бедрами и переворачивает нас так, что оказывается верхом на мне.
Мой теперь полностью твердый член погружается глубже под этим новым углом, и сквозь ее стиснутые зубы вырывается шипение. Она меняет позу, и я почти чувствую, как стенки ее киски растягиваются вокруг меня. Они сжимают мой член, такие чертовски теплые и влажные. Изабелла — это дом, который я покинул давным-давно, тот, в котором я не осознавал, что все еще нуждаюсь.
Я сажусь и беру в рот один из ее сосков, проводя руками вниз по ее позвоночнику, чтобы удержать ее в вертикальном положении и еще больше углубить угол проникновения. Я пожираю одну идеальную грудь, затем другую, пока она втирается в мой член.
— В следующий раз мы сделаем это с Нутеллой. Слизывать сладость с каждого дюйма твоего тела было бы для меня настоящим раем.
Ее глаза расширяются, рот изгибается в соблазнительном изгибе. — О, Dio, да!
Она скользкая, когда скользит вверх и вниз по моему стволу, такая нетерпеливая, такая влажная для меня. Мои руки сжимают ее бедра, пальцы впиваются в ее плоть, направляя ее вверх и вниз. Мы начинаем медленно, но после нескольких опустошающих минут я не могу себя контролировать. Я ускоряю темп, неуклонные подъемы и спады становятся маниакальными.
Я кончил всего десять минут назад, а уже чувствую, как мои яйца сжимаются.
Ее голова откидывается назад, темные волосы каскадом рассыпаются по обнаженным плечам, и, черт возьми, она самая сияющая женщина, которую я когда-либо видел. Ее груди подпрыгивают, когда она скачет на мне как профессионалка, хныча и постанывая, когда я наполняю ее своим членом.
— Ты собираешься снова кончить для меня, principessa? Это был бы третий, несомненный рекорд для меня за столь короткий промежуток времени.
Она стонет в ответ, прежде чем убирает одну из моих рук со своих бедер и кладет мои пальцы на свой клитор.
— Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя пальцем и членом?
— Да, — выдыхает она. — Я близко.
Как и я. К моему смущению.
Я прижимаю пальцы к ее клитору, позволяя ей тереться об меня, даже не двигаясь. Взяв в рот ее сосок, я долго и сильно посасываю, прежде чем провести зубами по чувствительному кончику.
— О, черт, Раф…
— Совершенно верно, principessa, я держу тебя. Кончи для меня снова.