Закрываю глаза и выдерживаю секундную паузу, собираясь с мыслями и настраиваясь на нужный лад. Затем накрываю ладонями застывший в ожидании инструмент и начинаю игру.
Сначала лениво и мягко, будто пробуя рождающиеся звуки на вкус. Потом плавно наращиваю темп, нагнетая эмоции и накаляя атмосферу. Буквально пара минут – и мои пальцы скачут по клавишам так быстро и виртуозно, что, если бы меня попросили объяснить, как именно это происходит, я бы не смог ответить.
Это магия. Чистой воды мистика. Волшебство, творящееся в моменте соприкосновения двух миров.
Когда я играю на фортепиано, я выхожу из себя. В хорошем смысле этого слова. Растворяясь в пульсациях мелодии, я напрочь забываю себя, свое имя, прошлое и даже то, где я прямо сейчас нахожусь. В такие минуты для меня не существует ничего, кроме нот и клавиш. Мы с роялем становимся единым целым. Превращаемся в бурную стихию, сотрясающую застоявшийся воздух.
Звучит финальный аккорд, и мои руки опускаются на колени. Дыхание распадается на поверхностные вздохи, а по лбу бисеринками скатывается пот.
Несколько мгновений в зале висит абсолютная непоколебимая тишина, а потом, подобно новогодней хлопушке, он взрывается бурными овациями.
Сдержанно улыбаюсь и, встав с табурета, отвешиваю слушателям легкий поклон. Сбегаю со сцены и теряюсь в толпе, стремясь как можно скорее избавиться от пристального внимания.
Я доволен тем, как выступил. Это было хорошо.
Но все же недостаточно хорошо для того, чтобы всерьез задуматься о возобновлении своей прерванной музыкальной карьеры.
Глава 7
Ариадна
Первые дни учебы проходят на ура. Преподаватели радуют профессионализмом, а одногруппники – дружелюбием. Я пока не очень разобралась во всех этих сложных многоходовках огромного университетского здания, поэтому стараюсь приезжать на пары хотя бы за полчаса. Чтобы в спокойном темпе отыскать нужную аудиторию и занять место в первых рядах.
В связи с этим вставать приходится чуть ли не в шесть утра, но для меня это не проблема. По натуре я жаворонок, поэтому привыкла начинать свой день с ранних подъемов.
Стоя перед зеркалом, расчесываю волосы и, напевая себе под нос незамысловатую английскую песенку, принимаюсь наносить макияж. Процедура утреннего ухода за собой – для меня что-то вроде медитации. Умиротворяет и заряжает позитивной энергией.
Похлопывающими движениями наношу на кожу увлажняющий флюид, а мыслями уношусь в недалекое прошлое, которое было наполнено страстью, болью и… последующим сильным стрессом.
Мы с Юрой познакомились примерно год назад. Я только-только начала учебу в одиннадцатом классе, а он был студентом-третьекурсником.
Красивым. Эффектным. Популярным.
Он подкатил ко мне на вечеринке, которую устроила моя подруга Амелия. Сказал, что сражен наповал моей красотой, а затем пригласил на танец.
Конечно, я согласилась. Конечно, поплыла. Когда тебя семнадцать и сердце максимально открыто для первых трепетных чувств, не влюбиться в парня, который напоминает Дэвида Бекхэма в свои лучшие годы, практически невозможно.
Юра был хорош. И я имею в виду не только внешность и божественный стиль, но и безупречные манеры. Он был галантным, всегда придерживал мне дверь, задаривал цветами и осыпал комплиментами.
На пике нашего бурного романа я была уверена, что он и есть тот самый. Что через несколько лет мы поженимся, родим детей и будем бесконечно счастливы. Прямо как сладкие парочки из моих любимых романтических комедий.
Но реальная жизнь, к сожалению, невообразимо далека от киношной. И в этом я убедилась на собственном опыте.
Когда зимой мне исполнилось восемнадцать, Юрины ухаживания стали более настойчивыми. Он начал активно намекать на секс, то и дело повторяя, что отныне я совершеннолетняя, а значит, уже можно.
Несмотря на то, что по закону я действительно имела право вступать в половые отношения, спешить с этим мне отчаянно не хотелось. У меня не было мамы, но тетя Камилла и бабушка сумели заложить в меня важную мысль о том, что секс – это особенное событие в жизни женщины. То, что должно произойти по большой любви и непременно по доброй воле.
Словом, на тот момент я была не готова распрощаться с невинностью, о чем и сообщила Юре. Дескать, я тебя очень люблю, но нам надо подождать. До тех пор, пока я сама этого не захочу.
Выслушав меня, Юра понял и принял мою позицию. По крайней мере, мне так показалось. Несколько последующих недель наши отношения развивались в привычном темпе: походы в кафе и кино, телефонные разговоры до утра, прогулки за руку, жаркие поцелуи на заднем сидении его машины…