Медленно исследуя помещение взглядом, я прихожу к выводу, что оно гораздо больше, чем моя комната. Раза этак в два. Интересно, так было всегда? Или после моего отъезда Марк присвоил одну из соседних спален и объединил ее со своей?
Не знаю, почему, но мне здесь не по себе. И дело даже не в мрачном антураже, который напоминает декорации из фильма ужасов, а в каком-то подспудном ощущении холода, окутавшего меня, едва я переступила порог.
Спальня Гассена полностью отражает характер своего хозяина. Такая же сумрачная, неприветливая и угрюмая.
Первым делом – подлетаю к окнам и широко раздвигаю плотные шторы. Это пространство заслужило немного света! Затем выключаю работающий на полную мощность кондиционер и даю команду портативной колонке включить старые хиты Бритни Спирс. В такой атмосфере мне, определенно, будет гораздо комфортнее.
Вопреки моим опасениям, спальня Гассена совсем не захламлена и не запущена. Никаких грязных носков, валяющихся по углам. Никаких пустых коробок из-под пиццы, спрятанных под кроватью. Все довольно аккуратно, чисто и на своих местах.
Максимум, что здесь требуется сделать, – это протереть пыль и пройтись по полу моющим пылесосом. Так что, скорее всего, я управлюсь, меньше чем за час.
Притаскиваю в комнату ведро с водой, вооружаюсь влажной розовой тряпочкой и, подпевая Бритни, принимаюсь за уборку. Все идет довольно гладко до тех пор, пока я не добираюсь до прикроватной тумбочки Гассена.
На пару мгновений замерев в замешательстве, я все же поддаюсь любопытству и, плюнув на все приличия, открываю ящик. И то, что предстает моему взору в следующую секунду, заставляет меня ахнуть и пораженно округлить глаза.
Я вижу презервативы. Уйму презервативов! Всех мастей, цветов и марок.
Обалдеть. Он их коллекционирует, что ли?
Запускаю руку в гущу шелестящих квадратиков и многозначительно хмыкаю. Нет, мне не показалась. Ими заполнен весь немаленький ящик. Доверху!
Боюсь ошибиться, но по моим прикидкам здесь несколько сотен презервативов. Среднестатистическому мужчине этого запаса хватит на несколько лет, и теперь мне интересно, за сколько его израсходует Гассен?
Не то чтобы меня всерьез волновало количество его половых партнерш…. Но все же просто из любопытства: за сколько? За полгода? За год?
А специалисты, между прочим, говорят, что слишком частый секс так же вреден, как и полное его отсутствие. Так, может, Марку стоит попридержать коней? А то износятся его золотые яйца раньше времени.
В голове звучит саркастичный хохот, и я широко улыбаюсь собственным мыслям.
А что будет, если я возьму и спрячу его коллекцию? Возьму ее, так сказать, в заложники? Как скоро он хватится пропажи? И хватится ли вообще?
Промежуток между идеей и ее реализацией в жизнь максимально короткий. Я приношу из своей комнаты пакет и складываю туда все это шуршащее добро. Если Марк спросит, я скажу, что решила, будто это мусор и выкинула презервативы. Вот умора-то будет!
После это мелкой пакости мой настроение стремительно ползет вверх. Теперь я уже даже не жалею, что трачу драгоценное время на уборку комнаты засранца Гассена.
Счет один-один, братец.
Вытерев пыль и помыв полы, я водружаю на стол Марка вазочку с благовониями и со спокойной душой покидаю его комнату.
Наверное, это прозвучит странно, но сейчас, когда у нас с Гассеном появилась какая-никакая договоренность, я чувствую себя относительно спокойно. Будто снова обрела почву под ногами.
Больше всего на свете людей страшит неизвестность, и этот фактор наконец устранен из моей жизни. Я знаю, чего ждать и на что рассчитывать. Это дарует ощущение контроля над ситуацией. Пускай зыбкое и призрачное, но все же.
Пролистав лекционные конспекты и подготовившись к завтрашним семинарам, я прячу тетради в сумку и подхожу к зеркалу. Расчесываю волосы, освежаю макияж и переодеваюсь в новое платье, которое еще ни разу не светила в Интернете. По плану снять немного контента для соцсетей на будущую неделю.
Я знаю, кому-то танцы и песни на камеру кажутся дурачеством, но для меня это способ самовыражение и, как бонус, неплохой доход от рекламных интеграций. Современный мир таков, что твоя аудитория – это своеобразный нематериальный капитал, который при умелом обращении и грамотном подходе вполне может превратиться в материальный.
Творческий процесс полностью захватывает меня. Я кручусь перед камерой, вкладывая эмоции в каждое движение тела, кода внезапно дверь моей комнаты с грохотом распахивается, едва не слетая с петель, и на пороге предстает разъяренный Гассен.