— Мейсон… — С моих губ сорвался тихий стон, который превратился во вскрик, когда Рид сделал следующий толчок. Одной рукой удерживая меня за бедро, локтем второй он упирался в матрас. Накрывая меня своим телом и вдавливая в кровать.
Я понимала, что мне не хватит вечности, чтобы поверить в то, что я и Мейсон делаем сейчас на кровати. Что его возбужденная плоть во мне. Что мы дошли до такого. Это же Рид! Рид, которого я знала с детства. Считала своим братом, но при этом всегда избегала, словно огня.
Он не двигался медленно или нежно, но явно был аккуратен. Вот только все равно входил в меня с трудом. Он был слишком огромен, и каждым своим толчком неминуемо создавал внизу живота жжение и боль. Возможно, именно поэтому первые его толчки были настолько ощутимыми. Ровно до тех пор, пока он не вошел полностью.
Он замер в таком положении, а я опять застонала, уже не осознавая того, насколько глубоко впиваюсь ногтями в кожу Мейсона. Какие царапины оставляю. Я могла думать лишь про его возбужденную плоть, находящуюся во мне настолько глубоко и напоминающую раскаленную сталь.
Немного выйдя, он вновь резко вошел в меня. Срывая с моих губ стон, наклонился и оскалился.
— Ты намного лучше, чем я представлял. — Он сопроводил слова очередным толчком.
А потом завел руку мне за спину и расстегнул лифчик. Отбросил его и ладонью сжал грудь, вызывая во мне ворох новых мурашек, которые уже не прекращались. Равно как и его толчки, которые с каждым разом становились все безумнее. Так, что кровать, которая казалась крепкой, начала пошатываться.
Мне стало казаться, что больше я этого не выдержу. Это было слишком сильно. Далеко за пределами любых граней. Внизу живота словно скапливались угольки, которые, касаясь кожи, заставляли ее ныть.
Мейсон не дал ни мгновения, чтобы опомниться, и совсем скоро меня накрыло волной оргазма, который показался сокрушающим и непроходящим. Из-за непрекращающихся толчков Рида и его напора я даже не поняла, что происходит с моим телом. Почему ощущения вообще не утихают?
Но особенно яркими они стали на его последних, особенно глубоких толчках. Перед глазами потемнело, и я даже подумала, что вот-вот потеряю сознание. Я прекрасно ощущала, как его член запульсировал внутри меня.
Рид еще долго находился в таком положении. Не выходил из меня, но обнял и поцеловал так, что я опять оказалась на грани.
Минуты, во время которых я приходила в себя, показались вечностью. Тело было слабым, и сознание совершенно не хотело работать, но все равно в него уже начали просачиваться мысли.
Мы с Мейсоном переспали…
С губ сорвался судорожный выдох, и я зажмурилась и отвернулась, когда Рид вновь коснулся меня своими губами.
— Вытащи, — прошептала, не в силах говорить громче. Хотя бы потому, что была готова сойти с ума от ощущения члена Мейсона внутри меня. После оргазма чувства стали совершенно другими. Если до этого внизу живота все тянуло и ныло, то теперь я отчетливо ощущала каждый миллиметр его все еще твердой плоти. Огромной. Распирающей. Находящейся настолько глубоко, что, создавалось ощущение, что такое просто невозможно. Но главным было то, что это именно Рид находился внутри меня. То, что это он нависал надо мной, массивным телом вдавливая в матрас. И то, что это он обжигал меня своим горячим дыханием, губами касаясь уха.
— Не хочу. — Мейсон просунул руку под меня и, приподняв, прижал к себе. Затем лег на спину, и я оказалась на нем. При этом он так и остался во мне. Его плоть от этих движений опять скользнула внутри, и я зашипела от новых вспышек, которые разгорелись внизу живота.
— Мне нужно в ванную, — сказала, настойчиво пытаясь приподняться и этим делая лишь хуже: каждое мое движение вызывало скольжение его плоти внутри меня, а это было чревато новыми угольками, которые обжигали там, где я бы сейчас предпочла ничего не чувствовать.
Рид не ответил, но и не отпустил. Почему-то он казался спокойным, как никогда раньше. Я его просто не узнавала. Будто в эти мгновения в нем было куда больше человеческого.
Я молчала. Просто не могла говорить. В первые мгновения нестерпимо сильно хотела все же встать и пойти в ванную. Но глаза закрывались сами собой. Наверное, сказались сутки в дороге и слишком сильные эмоции, из-за чего я не заметила, как заснула.
Я проснулась ночью, от ощущения огромных ладоней на моем теле. Они касались меня. Гладили, проводя от ключиц до бедер, прижимая меня к чему-то огромному и горячему. Словно к стене из стали.