Я попыталась скрыть улыбку, но безуспешно. Прошел месяц с тех пор, как мы с Коулом официально сошлись, и за это время я сбросила еще десять фунтов. Мама так обрадовалась, что предложила нам пройтись по магазинам и устроить девчачий день на выходных. У нас с ней никогда раньше не было девчачьего дня… Она всегда устраивала их с Кэтрин.
Я небрежно пожала плечами.
– Ничего экстремального. Просто небольшая низкоуглеводная диета.
– Что ж, продолжай в том же духе. Ходят слухи, мол, Кейси чертовски сильно завидует, ведь ты подбираешься к ее месту в королевстве.
– Место в королевстве?
– Королева КА, тупица.
– Я не очень понимаю.
Би закатила глаза.
– Коул все еще самый желанный парень школы. Особенно сейчас, когда он влюбился в простушку. По какой-то странной причине из-за этого его хотят еще сильнее. – Она принялась ковырять свои ногти. – В любом случае, поскольку ты теперь с ним, это официально делает тебя новой королевой. – Бьянка сморщила нос. – Ну, до следующего года, там я займу это место.
Мне это совсем не нравилось.
– Я не хочу быть королевой.
– Слишком поздно. – Достав пудреницу из сумочки, Бьянка припудрила носик. – Серьезно, Мисс Библия, я не понимаю, в чем проблема. После всего того дерьма, в которое тебя окунули эти люди, ты должна сидеть и наслаждаться происходящим. – Затем она продолжила шепотом: – И сделай что-нибудь со своей прической и макияжем, пока сидишь. – Бьянка захлопнула пудреницу. – Королева должна следить за внешностью, в конце концов. – Она послала мне воздушный поцелуй. – Поговорим поз…
– Йоу, – прервал ее Оукли, двигаясь к моему шкафчику. – Есть минутка?
– Для такого грязного бездельника, как ты? – спросила Бьянка, свирепо глядя на него. – Никогда.
– Прибереги свою желчь для кого-нибудь, кому не насрать, Сатана. – Оукли посмотрел на меня. – Я говорил с Сойер.
Бьянка подняла средний палец и облизала его.
– Ты просто завидуешь, поскольку твоя бывшая сказала, что моя киска на вкус намного лучше, чем твой член.
О, Боже. Начинается.
У Оукли заходили желваки.
– Это было до или после того, как она отсосала мне прошлой ночью?
Бьянка запнулась.
– Что?
– Что слышала. – Он бросил ей злобную ухмылку. – Скажем так, мой косяк был не единственной вещью, которую она взяла в рот, когда приходила.
– Ты врешь, – сказала Бьянка, но вышло не очень уверенно.
Оукли цокнул языком.
– Нужны доказательства? – Он помахал Морган. – Йоу, малышка. Тащи-ка сюда свою задницу.
Морган чуть ли не подлетела.
– Что?
Он положил руку на ее талию.
– Расскажи Бьянке, как я, ты и Хейли повеселились прошлой ночью.
Ее щеки вспыхнули, и Морган принялась оглядываться по сторонам.
– Какого черта, Оук? Ты пообещал, что это останется между нами.
– Оу, ты права, крошка. – Оукли чмокнул ее в щеку, глядя на Бьянку. – Облажался.
Раздраженная, Морган унеслась прочь.
Бьянка попыталась что-то сказать, но Оукли приблизился к ней и прошептал:
– Продолжай доставать меня, детка. Давай же.
Взгляд, который она бросила на него, способен был убить даже мертвого.
– Вызов принят.
– Что между вами двумя происходит? – спросила я, когда она ушла.
– Ничего. – Оукли нахмурился. – Но кто-то должен сделать этому миру одолжение и запереть эту маленькую психопатку в комнате с мягкими стенами, пока она не научится хорошо себя вести. – Он резко выдохнул. – Короче, я достал то, о чем ты просила. Встретимся на парковке после уроков.
– Почему ты была у машины Оукли?
Я подпрыгнула от голоса Коула. Я понятия не имела, что он ждал меня с другой стороны фургона.
– Что?
– Ты сразу пошла к машине Оукли вместо своей, когда вышла из школы. Почему?
Черт.
– Оу, нужно было оставить задания.
– Я думал, ты будешь заниматься с ним позже. Почему ты не могла отдать их ему тогда?
Я терпеть не могла этот его взгляд. Как будто он мне не доверял.
– Почему ты устраиваешь мне допрос?
Грубые нотки в его голосе немного смягчились.
– Я просто… Черт. Ты права.
Сократив расстояние между нами, я обняла его за шею.
– Ты же знаешь, я бы никогда не причинила тебе боль.
Коул прижался своим лбом к моему.
– Да, я просто… – Его голос затих.
– У тебя нет оснований для ревности, Колтон.
– Поверь мне, есть и много. – Он зарылся лицом мне в шею, вдыхая. – Ты вызываешь привыкание, Святоша. – Затем прикусил мою кожу. – Но ты моя зависимость.