– Я так не ду…
– Сойер Грейс, не останавливайся на этом. Тебе нужно поставить себе цель сбросить еще десять фунтов… Как минимум. – Мама пожала плечами, когда мы все перевели взгляды на нее. – Что? Все знают, что камера прибавляет десять фунтов. Ты же хочешь хорошо выглядеть на фотографиях, не так ли?
Она была права.
– Я…
– Не думаю, что тебе стоит еще худеть, – сказала Дилан. – Ты была идеальная до этого и идеальна сейчас.
Я улыбнулась ей, благодарная, что она согласилась пойти со мной. Иметь дело с мамой без поддержки это… сложно.
Мама снова хлопнула Дилан по ноге.
– Такая хорошая подруга.
– Если я сброшу еще пять фунтов, вы сможете подогнать десятый размер?
Я честно не знала, как сбросить больше. Если только немного поднять дозировку…
– Конечно, – ответила девушка. – Это совсем не проблема. Черт, ты можешь даже набрать пару фунтов. Мы просто немного его распустим.
Ага, я точно не собиралась ничего набирать. Я только начала любить свое тело.
– Что, если я сброшу больше пяти фунтов?
Она немного подумала об этом, прежде чем ответить.
– Что ж, это все индивидуально. Обычно десять-пятнадцать фунтов это целый размер. Но ты такая низкая… – Она замолчала, но я понимала ее.
Девочки выше пяти футов и четырех дюймов обычно намного стройнее кого-то с ростом всего пять футов.
– Закажите восьмой размер.
Я сделала мысленную пометку позвонить Оукли и попросить еще таблеток.
Глава шестьдесят шестая
Сойер
Я провела пальцем по его брови.
– Когда ты понял, что футбол – это именно то, чему ты хочешь посвятить свою жизнь?
Поскольку у меня сегодня был свободный вечер, мы с Коулом проводили воскресенье, лениво валяясь в его кровати. И грустили из-за того, что ни один из нас пока не получил ответ из Дьюка.
Коул ответил, не задумываясь.
– В ту же секунду, когда Джейс дал мне в руки мяч.
– Любовь с первого взгляда.
Он усмехнулся.
– По бо́льшей части.
Коул принялся вырисовывать маленькие круги на моем позвоночнике.
– Когда ты поняла, что ты хочешь быть учителем?
– Я не хочу, – призналась я.
Он нахмурил брови.
– Но я думал…
– В смысле, я точно хочу быть учителем, – уточнила я. – Но я не уверена, что хочу преподавать естественные науки.
– А что бы ты хотела преподавать?
Не было смысла рассказывать ему, ведь этого точно не произойдет.
– Не важно. И я не хочу, чтобы ты надо мной смеялся.
– Я не буду смеяться… Только если ты не собираешься в цирковое училище.
Вот тут я начала хохотать.
– У меня не настолько большие ноги. – Я отвела взгляд. – Если бы у меня появился шанс, я бы хотела учить детей музыке.
В отличие от моей матери, я бы поддерживала их, чтобы они следовали за своими мечтами. И неважно, как они бы выглядели.
– Кто сказал, что ты не можешь?
– Это непрактично, Коул. Все больше школ избавляются от учителей музыки.
Он оперся на локоть.
– Но не все. Кроме того, ты всегда могла бы давать частные уроки.
Я задумалась об этом на секунду, но потом пришла к выводу, что это еще более непрактично.
– Нет. Я просто буду придерживаться плана.
Коул приподнял бровь.
– И в чем заключается этот план?
– Стать учителем естественных наук. Выйти замуж за хорошего южанина, который будет связан с церковью, родить одного ребенка… потому что большее количество детей просто разорит. Не говоря уже о том, что я растолстею.
За эту маленькую ремарку можно было поблагодарить мою маму.
– Звучит как чертовски скучный план.
Я перевернулась и уставилась в потолок.
– Можешь винить в этом моих родителей. Они годами затыкали мне глотку этим планом.
– Тебе необязательно следовать ему. Всегда можно придумать новый.
У меня вырвался смешок.
– Наверное. Но мой план не сильно отличается от их, кроме… – Нет, я точно не скажу ему этого. – Неважно.
Коул переплел наши пальцы. Он был не из тех, кому так легко можно сказать «неважно», и он просто забудет об этом.
– Ты же знаешь, что тебе придется сказать это, правда?
Я вздохнула. Ага. Иногда было проще дать этой упрямой заднице то, чего он желал.
– Ладно. В моей идеальной жизни я бы стала учителем музыки. – Я взглянула на него. – Вышла бы замуж за того, кто будет так сильно меня любить, что всегда станет бороться за эти отношения. И не имеет значения, чего ему это будет стоить. – Потому что я не хочу быть, как мои родители. – И я не хочу всего одного ребенка… Я хочу много детей.