— Я не могу навязываться твоему мужу. Я даже никогда с ним не разговаривала. Он согласился жениться на тебе из-за сделки, которую заключил с ним твой отец. Он никогда не соглашался принять всю твою семью. Давай просто сосредоточимся на том, чтобы добраться до Лос-Анджелеса и выдать тебя замуж. Вот и все.
Я хочу возразить, но мама уже выходит из комнаты. Как только она за что-то берется, мама не отступает от этого.
Остаток дня я прохаживаюсь по своей комнате, ожидая, когда мои братья и сестры вернутся домой из школы. Каждые несколько часов я тайком переношу чемоданы в машину, чтобы Франко ничего не заподозрил. И как только мои братья и сестры возвращаются домой, я провожу все остальное время, ожидая, когда наступит семь.
Пока мама готовит ужин, Франко продолжает доставлять неудобства, а мы с братьями и сестрами продолжаем оплакивать нашего отца.
— Я собираюсь удалиться в свой кабинет, — говорит Франко, отодвигая тарелку после того, как мы поели. Конечно, это не его кабинет. Он говорит о кабинете моего отца. Но мы можем использовать это в наших интересах.
Как только Франко выходит из комнаты, мама поворачивается ко всем нам. — Планы меняются. Мы едем в отпуск в Лос-Анджелес. Эмилия выходит замуж.
— За Джузеппе? — Спрашивает Джемма.
— Нет, за кое-кого другого. Марко Алди. Это сделка, которую твой отец заключил перед смертью, и я намерена выполнить его пожелания. Этот брак между Эмилией и Марко увеличит могущество нашей семьи.
— Разве ты не имеешь в виду власть Франко? — Говорит Джемма. — В конце концов, он захватил власть.
Мама бросает на нее раздраженный взгляд. — Нет. Наша сила. Сила Антонио. Но нам нужно уходить сейчас. Итак, все встаем и выходим через парадную дверь.
Несмотря на то, что они выглядят смущенными, мои братья и сестры слушаются маму, и мы выходим из дома так, что Франко этого не замечает.
Я сажусь за руль, потому что мама не умеет водить. Она настояла, чтобы водители возили ее повсюду. Единственная причина, по которой я научилась этому, — это то, что папа считал, что это хороший навык.
— Почему наши сумки уже здесь? — Спрашивает Джемма.
— Потому что Эмилия собрала вещи, пока ты была в школе. А теперь, пожалуйста, помолчи. — Трудно просить об этом шестерых детей. Джемма хмурится всю дорогу в аэропорт, пока Сесилия и Антонио разговаривают друг с другом, а Миа пытается (и безуспешно) вмешаться в их разговор. Франческа держится особняком, как обычно, погруженная в себя.
Мама расслабляется, только когда мы в самолете и в воздухе. Вся моя семья летает первым классом. Для мамы экономии нет. Она выросла в богатстве и вышла замуж за богача, и это все, что она когда-либо знала. Фактически, это все, что знали мои братья и сестры и я сама.
Приземление в Лос-Анджелесе — это, мягко говоря, культурный шок. Ночью погода достаточно прохладная, но пахнет теплее. Люди, слоняющиеся по аэропорту, чаще улыбаются. И все пахнет травкой.
После того, как мы поселились в отеле, я не могу уснуть. Я делю комнату с Джеммой. Мама и Миа вместе, в то время как Антонио и Сесилия в комнате, а Франческа получает отдельную комнату в свое распоряжение. Даже при том, что это может заставить ее чувствовать себя изгоем, я думаю, Франческа предпочитает быть сама по себе.
— Я выхожу замуж завтра, — говорю я, глядя в потолок.
— Интересно, каким будет твой муж.
— Понятия не имею. Я даже не знаю, как он выглядит.
— Надеюсь, он горячий.
Я фыркаю. — Да, по крайней мере, это было бы уже что-то.
Джемма ложится рядом со мной в постель и берет меня за руку. — Я не могу поверить, что ты действительно собираешься выйти замуж. Я еще не уверена, готова ли я потерять тебя.
— Я спросила маму, могли бы вы все остаться со мной в Лос-Анджелесе, но она ясно дала понять, что после свадьбы вы все вернетесь в Нью-Йорк.
— Не могу дождаться, когда увижу гнев на глупом лице Франко, когда он поймет, что ты его перехитрила. Я не могу ему верить. Врывается в наш дом так, словно он здесь хозяин.
— Я знаю. Джемма, поскольку меня там не будет, ты должна пообещать мне, что поможешь позаботиться о маме и детях.
— Я знаю.
Я крепче сжимаю ее руку. — Нет, обещай мне. Я всегда была той, кто заботился обо всех вас. Тебе еще не приходилось этого делать. Так что ты должна пообещать мне, что будешь.
Джемма вырывает руку. — Ты ведешь себя так, словно я какая-то бимбо. Я тоже могу разобраться в этом дерьме, ты же знаешь.