— Объясни-ка мне еще раз. — Бекки сидела на койке, вцепившись в край матраса, так что костяшки пальцев побелели, а Кристофер стоял посреди каюты. Он почти дожал Ребекку; она уже явственно колебалась. Нет, и вправду он дожал и совсем сбил ее с толку. Она начала поддаваться на уговоры Кристофера. — Как могла произойти подобная ошибка? Ты говоришь, что твои враги…
— Это один департамент полиции. — Гавот назвал реально существующую планету. Правда, расположена она была очень далеко. — Он насквозь коррумпирован. Как я сделался их врагом — это долгая история, и она свидетельствует, каким прогнившим и уродливым бывает мир. Я уверен, что, если их прижать к стенке и потребовать ответа, у них найдется убедительное объяснение для этой писульки. Они просто заявят, что это ошибка компьютера, прискорбное совпадение, и не более того. Они просто перепутали меня с каким-то реально существующим психопатом, и произошло это в результате чистейшей случайности. А пока что они вполне могут надеяться, что меня арестуют, что со мной будут дурно обращаться или даже убьют… Любовь моя, а на корабле есть копии этого сообщения?
Бекки отрицательно покачала головой. Надежда, заставлявшая девушку верить в невиновность возлюбленного, постепенно одерживала верх. Еще пара минут, и к Бекки вернется способность улыбаться.
— Подумай хорошенько. Ты точно уверена, что других копий нет? Если твой босс дорвется до такого сообщения, я вовек не расхлебаю эти неприятности.
— Уверена. — Бекки уже почти смягчилась, и ее губы готовы были сложиться в улыбку. — Мы вовсе не стремимся, чтобы копии наших конфиденциальных сообщений валялись на каждом углу.
— Ну и отлично. — И Кристофер смял лист в кулаке.
А тем временем в десякубе флагмана непринужденно протекала запланированная встреча под председательством командора.
— Я полагаю, что нам следует обратиться к древней истории. Что мы пытаемся выяснить сейчас, господа, так это чем столь притягательна для нынешних берсеркеров вот эта запись. — Принсеп ткнул в кассету толстеньким пальцем. — Как мы видим, здесь зафиксирован налет трехсотлетней давности на Иматранскую систему. Попробуем установить, почему нашего сегодняшнего противника так заинтересовал этот факт истории.
— Разрешите взглянуть поближе, сэр…
— Как вам будет угодно.
Тем, кто желал в полной мере воспользоваться возможностями, которые мог предоставить десякуб, нужно было надеть шлемы виртуальной реальности, или, проще говоря, ВР-шлемы, оснащенные специальными сенсорами. Некоторые сделали это сразу, готовясь воспринимать информацию по мере поступления. Зал виртуальной реальности не уступал размерами — тысяча квадратных кубометров — небольшому жилому дому, и далеко не каждый корабль мог позволить себе такую роскошь. На этом пространстве могло одновременно с удобством разместиться больше дюжины человек — а на этот раз их примерно столько и было.
Те, кто уже бывал в десякубе и был знаком с правилами игры, показывали остальным, как здесь можно практически свободно и безопасно прыгать, лазить или парить, используя преимущества силового поля, упругую полифазную материю, покрывающую стены, а отчасти еще и созданную в десякубе пониженную гравитацию.
Дисплей на стене показывал перечень доступных программ. Здесь же, почти незаметный, прилепился список игр, содержащий такие названия, как «Лианы джунглей», «Мачты и снасти» и «Опоры города».
Но сегодня было не до игр. Кто-то уже вызвал в десякуб модель галактики Млечный Путь, и теперь она разворачивалась перед зрителями.
Задача состояла в том, чтобы, не теряя времени даром и наблюдая сразу с нескольких точек, внимательно рассмотреть Мавронари. Вдруг удастся понять, почему раз за разом штурмовые соединения берсеркеров атаковали один и тот же планетоид и уходили практически одним и тем же курсом, явно в одно и то же укрытие.
Сперва возникла картина, охватывающая всю Галактику целиком. В центре ее находился диск примерно тридцати килопарсеков или около ста тысяч световых лет в диаметре, по форме напоминающий линзу. Спицы этого невероятного колеса, закрученные спиралью, были окружены более расплывчатыми и тусклыми изображениями окрестных звезд, созвездий, газовых и пылевых туманностей и множества других, куда более загадочных объектов.
Ярче всего светился регион, который соларианские военные прозвали Корешком. Это ядро Галактики, шарообразное скопление звезд, имело в диаметре около тысячи световых лет и скрывало в своем сердце непостижимые тайны творения.