— Не исключены другие…
Но прошло несколько секунд, и вроде бы ничего больше не стряслось. Похоже было, будто здесь находился только один берсеркер, захваченный врасплох неожиданной высадкой соларианцев. Он ринулся на противников и попал под огонь альфа-триггерного оружия людей, стоявших в дверях.
Потом люди увидели и обстреляли еще одного берсеркера, когда тот мчался по коридору мимо лаборатории со скоростью хорошо разогнавшегося наземного мобиля.
На этот раз они промазали, и пострадала от выстрелов только переборка в коридоре.
Секунды сложились в минуту, потом во вторую. Кинжально острое возбуждение слегка приутихло. Станцию вновь окутала тишина, но теперь она была зловещей.
Впрочем, вскоре эта тишина была нарушена. Устоявшего почти посередине лаборатории Кенсинга вырвался легкий возглас. Из-за угла вышла Анюта, живая и невредимая, в своем обычном лабораторном халатике — помятом, правда, — и двинулась в его сторону.
В следующую секунду и.о. начальника лаборатории госпожа Задор, бледная, но вполне здоровая, бросилась на шею своему возлюбленному, с которым воссоединилась таким невероятным образом.
Сандро едва удержался от того, чтобы сорвать шлем и расцеловать невесту. Единственное, что удержало его от подобного шага, так это мысль, что в следующие несколько минут, пока им не удастся выбраться из этого проклятого места, Анюте может понадобиться его защита и для этого он должен быть во всеоружии.
— Это ты! Ты! — со слезами повторяла Анюта. Пленники уже считали себя почти что мертвыми, и потому увидеть здесь любого свободного соларианца было настоящим чудом. Но увидеть его…
Кенсинг в свою очередь едва совладал с голосом:
— Неужели ты думала, что я не приду за тобой?
Постепенно в поле зрения абордажной группы начали появляться остальные пленники. В нескольких шагах за Анютой возник мужчина, которого она представила как своего коллегу, Дана Ховелера. Вслед за ним появился парень, которого Анюта назвала Скарлоком. В отличие от Ховелера присутствие здесь этого парня оказалось полной неожиданностью для спасателей. Такой поворот событий заставил премьера Дирака нахмуриться и сосредоточиться.
Спасенные пленники сообщили, что, как это ни удивительно, после того, как берсеркеры прочесали станцию, они практически не докучали людям. Потому, неожиданно услышав звуки боя, люди сочли за лучшее спрятаться и сперва присмотреться, что к чему.
Наличие на борту станции Скарлока оказалось не единственным неучтенным фактором. Минуту спустя откуда-то вынырнула женщина по имени Кэрол — крайне странного вида, надо заметить.
Но леди Женевьева так и не появилась. Не удержавшись, Дирак принялся расспрашивать спасенных:
— Вы не видели мою жену?
Анюта, Дан Ховелер и Скарлок переглянулись. Кэрол с отрешенным видом смотрела куда-то перед собой. Потом те трое из спасенных, кто пребывал в здравом уме, печально, но твердо заверили премьера, что его возлюбленной жены здесь нет, ни живой, ни мертвой. Никто не видел ее здесь после того, как отчалил курьерский корабль, а было это за считанные минуты до появления берсеркеров.
Кроме того, Задор и Ховелер так же печально сообщили премьеру, что его жена вместе с остальными посетителями и большей частью персонала перешла на борт злосчастного курьера. Это было последнее судно, отчалившее от станции перед нападением.
Дирак лишь покачал головой:
— Я не верю, что она перешла на курьерский корабль. Нет. Это исключено.
Теперь уже спутники премьера переглянулись между собой.
Это был тяжелый удар для Ховелера и Задор — узнать, что все их товарищи погибли много дней назад, вероятно, были взорваны вместе с кораблем. Они спросили, сильно ли пострадала от нападения Иматранская система, и немного утешились, услышав, что жертв и разрушений поразительно мало.