Кроме того, ни на Иматре, ни на какой-либо другой населенной планете им никогда не предоставят тела. Родной дом Женни, планета, на которой она родилась, располагался значительно дальше Иматры, и Женевьева не выражала особого желания вернуться туда. А в том, что касалось Хоксмура, понятие дома для него вообще не имело смысла. Дом находился там, где пребывал сам Ник, вот и все.
Но сейчас ему начало казаться, что, возможно, однажды он все же обретет дом.
С тех пор как Николас встретился с Женни, в его мозг начали проникать новые идеи и там бурно множиться. До нынешнего времени координаты его физического местоположения во Вселенной были для Хоксмура бессмысленной информацией. Но когда он обретет тело, такие вопросы наверняка будут важны для него.
И, кроме того, оставался еще берсеркер.
Ник мог, если он вдруг решит вести себя агрессивно, переслать себя по направленному лучу внутрь противника. Если предположить, что антенна позволит ему проникнуть на корабль-базу, то по прибытии он мог бы потолковать с местным мозгом, как программа с программой. Но Хокмуру казалось, что пользы от такого шага будет немного. У него не было причин полагать, что ему и вправду удастся таким образом переправиться на борт зловеще безмолвствующего берсеркера или, тем более, что ему позволят свободно там разгуливать. Неизвестно, сколько силы осталось у этого берсеркера, но дружелюбия от него ждать не приходилось. Впрочем, хотя Ник полностью осознавал, какой жуткой угрозой берсеркеры являются для человечества, сам Хоксмур воспринимал их скорее как программы, в чем-то подобные ему самому, чем как машины.
Скорее всего ему просто не позволят проникнуть на борт берсеркера. А если даже и позволят, его там вполне могут поймать в какую-нибудь электронную ловушку, дабы потом, на досуге, препарировать обезвреженного противника. После того как берсеркер подвергнет второе «я» Ника весьма изнурительному изучению, он наверняка досконально разберется, как наилучшим образом использовать слабые места первоначального варианта, оставшегося на борту премьерской яхты.
В качестве альтернативы можно было переслать туда малоэффективную, ослабленную собственную версию. Но если эту версию не станут ловить, а позволят ей свободно действовать, она может наделать грубейших ошибок и допустить массу промахов. Если только Ник не отдаст своей ухудшенной копии строжайшего приказа не делать ничего, только обеспечить безопасную пересылку первой версии… и если можно будет надеяться на то, что эта ослабленная версия будет нормально выполнять приказы…
Осложнение за осложнением. Нет, это уже чересчур.
Интересно, а будет ли берсеркер считать Женни, записанное человеческое существо, все еще живой или сочтет ее смерть добром, которое уже свершилось? И как он отнесется к самому Хоксмуру?
Несмотря на огромное количество времени и усилий, затраченных на решение этой задачи, никто из соларианцев не знал в точности, какими стандартами руководствовались берсеркеры, отличая жизнь от нежизни и решая, какие элементы Вселенной одушевлены жизненной силой и потому подлежат уничтожению, как нечто отвратительное, а какие мертвы или неодушевленны и потому являются терпимыми или даже хорошими.
Так или иначе, Ник сомневался, что берсеркер может счесть Женни, или самого Ника, или любую другую опт-электронную личность живыми. Хоксмур как-то раз поделился с Женевьевой этим мнением и с радостью отметил, что оно, кажется, принесло Женни огромное облегчение. Но про себя Ник подумал, что этот вопрос может оказаться чисто академическим. Скорее всего берсеркер сочтет их обоих если и не живыми, то опасными странностями. Сначала он с ними поэкспериментирует, чтобы получить побольше информации, а потом уничтожит, поскольку сочтет вредными приспособлениями, с симпатией относящимися к такому явлению, как жизнь.
Но Ник понимал, что он вполне может и ошибаться.
Он как-то затронул эту тему во время спора с Фрэнком, и Фрэнк выразил сомнение, что враг пускает в ход какую-либо «причудливую психологию» — так выразился Маркус, — чтобы провести различие между живым и удовлетворительно мертвым. Возможно, берсеркеры просто применяют какой-нибудь тест или серию тестов, распознающих органику. Некоторые определения понятия, что значит «быть живым», используемые самими людьми, расширяли его настолько, что в эти рамки вписывались и сами берсеркеры, самовоспроизводящиеся машины с целеустремленным поведением.
Какая-то неопределенная странность последнего послания Маркуса натолкнула Хоксмура на мысль о том, что, возможно, берсеркер, уже продемонстрировавший склонность держать своих пленников живыми, не убил Фрэнка, а взял в плен, поскольку его с большей или меньшей степенью натяжки тоже можно было отнести к органическим существам? А если это и вправду так, не мог ли берсеркер уже узнать от Фрэнка о существовании Ника и о его характере? Сможет ли берсеркер загодя рассчитать, какую манеру действий скорее всего изберет Николас Хоксмур, искусственный человек?