Он уходит за угол саманного дома. Носорог следует за ним.
– Может, его вовсе не больболисты убили. Убийство совершено неизвестным лицом или лицами, – произносит Белоклювый Дятел.
– Может, это Дети Коростеля, – встревает Джимми. – Эй, я пошутил, я знаю, что они на это неспособны.
– Никогда не говори «никогда», – возражает Белоклювый Дятел. – Их мозги гораздо более пластичны, чем задумывал Коростель. Они уже делают ряд вещей, которых мы никак не могли предусмотреть в фазе конструирования.
– Может, это кто-нибудь из нас, – говорит Американская Лисица. – Кто-нибудь соскучился по колбасе.
По кругу пробегает неловкий виноватый смешок. Воцаряется молчание.
– Ну хорошо, что дальше? – спрашивает Белоклювый Дятел.
– Дальше надо решить, будем мы его готовить или нет, – говорит Ребекка. – Это молочный поросенок.
– Ой, я не смогу его есть, – говорит Рен. – Все равно что труп ребенка.
Аманда начинает рыдать.
– Дорогая моя, что случилось? – осведомляется Белоклювый Дятел.
– Простите, я зря сказала про ребенка, – извиняется Рен.
– Так. Карты на стол. Поднимите руки, кто тут еще не знает, что Аманда беременна, – командует Ребекка.
– По-видимому, я один пребываю в невежестве относительно вопросов гинекологии, – комментирует Белоклювый Дятел. – Возможно, подобная женская информация личного плана была сочтена неподобающей для моих престарелых ушей.
– А может, ты просто не слушал, – говорит Американская Лисица.
– Так, с этим ясно, – продолжает Ребекка. – Теперь давайте, как мы говорили у вертоградарей, откроем круг… Рен, хочешь начать?
Рен набирается духу.
– Я тоже беременна, – она хлюпает носом. – Я пописала на палочку. Она стала розовая, и на ней появился смайлик… О Боже.
Голубянка гладит ее по плечу. Крозье делает шаг в направлении Рен и останавливается.
– Бог любит троицу, – говорит Американская Лисица. – Принимайте меня в клуб. Я тоже с начинкой. Залетела. В интересном положении.
«Она, по крайней мере, бодро это воспринимает, – думает Тоби. – Но чья же у нее начинка?»
Снова молчание.
– Я полагаю, нет никакого смысла строить предположения в отношении потенциальных отцов этих… разнообразных грядущих отпрысков, – мрачно и неодобрительно произносит Белоклювый Дятел.
– Абсолютно никакого, – соглашается Американская Лисица. – Во всяком случае, относительно меня. Я ставила эксперименты по генетической эволюции. Выживание наиболее приспособленных. Считайте меня чашкой Петри.
– Я нахожу такое поведение крайне безответственным, – заявляет Белоклювый Дятел.
– Я не уверена, что тебя это как-то касается, – парирует Американская Лисица.
– Эй! – останавливает их Ребекка. – Ребенок есть ребенок.
– В случае с Амандой это может быть Дитя Коростеля, – говорит Тоби. – Из-за того, что случилось в ту ночь, когда она… когда мы отбили ее у… Это наилучший возможный сценарий. И, может быть, с Рен то же самое.
– Во всяком случае, это не больболисты, – говорит Рен. – В моем случае. Я точно знаю.
– Откуда ты можешь это знать? – спрашивает Крозье.
– Не буду вдаваться в неаппетитные детали, вдруг тебе это покажется излишней откровенностью. Девичьи секреты. Мы считаем дни. Вот откуда.
– В моем случае это совершенно точно не больболисты, – говорит Американская Лисица. – И еще про нескольких человек я могу сказать, что это точно не они.
Мужчины старательно не смотрят друг на друга. Крозье прячет ухмылку.
– Что, и Дети Коростеля тоже? – Тоби очень старается говорить ничего не выражающим тоном. Кто еще в списке Американской Лисицы? Крозье – точно, но кто еще? Сколько их было? Может, Зеб все-таки тоже. Тогда среди нас скоро появится младенчик-Зеб. В этом случае – что делать самой Тоби? Притвориться, что она не в курсе? Вязать чепчики? Надуться и мрачно молчать? Первые два варианта предпочтительнее, но она не уверена, что у нее хватит душевных сил.
– Да, у меня были один-два эпизода с большими и синими, – говорит Американская Лисица. – Когда никто не видел. Пришлось все делать очень быстро – слишком много любопытных глаз. Это было весьма акробатическое мероприятие, и я не уверена, что оно войдет у меня в привычку. Прелюдия как таковая почти отсутствовала. Но розовый смайлик не врет, и скоро я принесу в подоле. Единственный вопрос: кого?
– Надо полагать, мы увидим, когда время придет, – говорит Шеклтон.
Зеб и Черный Носорог вернулись после обхода изгороди.
– Да, это явно не крепость, – говорит Зеб. – Проблема вот в чем: если мы заберем оружие с собой на охоту, то весь саманный дом останется без защиты.