Пока уборочная команда в биоскафандрах и масках собирала преподобного водяным пылесосом в эмалированные ведра, а потом по воронкам переливала в устойчивые к заморозке металлические фляги, Зеб пошел превращаться в более дружелюбную и опрятную версию Медведя Смока. Он скинул черный костюм, которому предстояло отправиться в сжигатель, и наскоро принял душ с противомикробными средствами – девушки-«чешуйки» пользовались таким же. Он хорошенько намылил лицо и подмышки, а также прочистил уши тампонами на палочках.
Зеб изобразил под душем некое подобие тустепа и даже покрутил бедрами. Он любил петь в душе, особенно когда над ним нависала опасность.
«Еще-о-о одна река, – пел он, надевая свежий черный костюм. – Имя ей – тоска-аа-а! Еще-о-о один зубец! Почистить, и конец!»
Затем он возобновил исполнение служебных обязанностей: он высился за спиной Катрины Ух – теперь одетой, как корзина фруктов, с игривыми следами зубов на одной груди-яблоке – пока она и питон Март доносили скорбное известие до трех шишек из Нефтекорпа. Сперва им накрыли стол за счет заведения: замороженные дайкири, тарелка рыбных мини-палочек, имитация мускула морского гребешка («За ними не пришлось опускаться на дно!» – гласил девиз на упаковке; Зеб знал, поскольку иногда перехватывал чего-нибудь пожевать на кухне), гурманский картофель-фри с подливой и блюдо креветок «Какизморя», новый лабораторный продукт, во фритюре.
– К несчастью, у вашего друга произошло событие временной приостановки жизнедеятельности, – сообщила она топ-менеджерам из Нефтекорпа. – Интенсивное блаженство может оказаться чрезмерной нагрузкой на организм. Но, как вы знаете, у него был… простите, у него есть контракт с «Криогением», на все тело, не только на голову – так что все хорошо. Примите мои соболезнования по поводу вашей временной потери.
– Я не знал, – сказал один топ-менеджер. – Про контракт. Я думал, у кого есть такие контракты, те носят браслеты «Криогения» или что-то вроде, а у него я ни разу такого не видел.
– Некоторые джентльмены предпочитают не объявлять во всеуслышание о возможности временной приостановки жизнедеятельности, – невозмутимо произнесла Катрина. – Они выбирают вариант с татуировкой, которая наносится на место, обычно скрытое под одеждой. Разумеется, в силу специфики нашей деятельности мы видим подобные татуировки, но партнеры по обычному бизнесу могут не знать об их существовании.
Еще одна причина ею восхищаться, думал Зеб, стараясь не заглядываться на аппетитные яблочки. Врет она просто первоклассно. Даже у него самого так хорошо не получилось бы.
– Понятно, – сказал топ-менеджер.
– В любом случае мы успели вовремя обнаружить этот факт, – продолжала Катрина. – Как вы знаете, для эффективности процедуры необходимо выполнить ее немедленно. К счастью, у нас платиновый контракт с «Криогением» на ускоренное обслуживание уровня люкс, и их специально обученные сотрудники из службы оперативного реагирования прибыли немедленно. Ваш друг уже помещен в заморозину и вскоре отправится в штаб-квартиру «Криогения» на восточном побережье.
– А нам нельзя его увидеть? – спросил другой топ-менеджер.
– Когда заморозина закрыта и герметизирована, как сейчас, ее нельзя открывать, ибо это сделает дальнейший процесс невозможным, – улыбаясь, произнесла Катрина. – Я могу предоставить вам сертификат соответствия из «Криогения». Не желаете еще замороженного дайкири?
– Черт, – сказал третий топ-менеджер. – Что мы теперь скажем в этой его чокнутой церкви? «Крякнулся на бабе в борделе» их не сильно обрадует.
– Полностью согласна, – несколько холоднее сказала Катрина. По ее мнению, «Чешуйки» были отнюдь не борделем; сайт заведения обещал «всеобъемлющий комплекс эстетических ощущений». – Но клуб «Хвост-чешуя» известен умением хранить личные тайны клиентов в деликатных ситуациях. Именно поэтому его предпочитают джентльмены с изысканными вкусами – такие, как вы. У нас вы получаете все, за что платите, и даже больше; сюда входит и правдоподобная легенда.
– Что, у вас есть какие-нибудь соображения? – спросил второй топ-менеджер. Он уже съел все креветки «Какизморя» и принялся за мускулы морского гребешка. У некоторых людей близость смерти обостряет аппетит.
– Например, заразился вирусной пневмонией, работая с бедными детьми в глубоком плебсвилле, – предложила Катрина. – Первое, что приходит в голову. Это весьма популярный вариант. Но у нас есть высококвалифицированный пиар-персонал, который вам поможет.