Зеб в нее прямо-таки влюбился; если б только он мог с ней поговорить и рассказать, что тут происходит, она бы встала на его сторону. Она бы возненавидела их домашний уклад не хуже самого Зеба. Наверняка она и правда ненавидела этот дом, иначе не сбежала бы. Хотя по виду она была не из беглецов – слишком хрупкая.
Иногда Зеб завидовал Адаму, потому что он успел немного побыть сыном Фенеллы, а у Зеба была только Труди. Потом его брала досада на то, что Адам из всех проделок выходит невинной овечкой, и он начинал украдкой мстить: подкладывал какашки в кровать, дохлую мышь в раковину, менял местами в кранах горячую и холодную воду – к тому времени он уже освоил водопроводную систему дома – или просто делал брату «мешок» в постели. Мальчишеские пакости. Преподобный хорошо наварился на нефтяных акциях, да и потоки из карманов прихожан изливались весьма обильно, поэтому семья жила в большом доме. Труди с преподобным спали в противоположном крыле. Так что даже если бы Адам завопил, они бы его не услышали. Хотя он никогда не вопил: только смотрел лучистым взглядом с ноткой упрека, словно говоря «Я тебя прощаю», и это злило Зеба еще в десять раз больше.
Иногда Зеб дразнил Адама Фенеллой. Он говорил, что у нее, наверное, татуировки по всему телу, даже на сиськах. Что она нюхает кокаин и совсем сторчалась; что она сбежала с байкером, нет, с десятью байкерами, и отсосала у них у всех, у одного за другим; что она уличная проститутка в Лас-Вегасе, обслуживает чокнутых нариков и сутенеров-сифилитиков. Зачем он говорил эти омерзительные гадости про женщину, которую считал своим вторым «я», духом-хранителем, феей-крестной, практически мраморной богиней? Кто скажет.
Но странное дело, Адам не протестовал. Он только улыбался – несколько пугающей улыбкой, словно знал что-то такое, чего не знал Зеб.
Адам ни разу не пожаловался на детские шалости Зеба. Он даже тогда уже был чертовски скрытный сукин сын. Как правило, они работали вдвоем. В школе – она принадлежала Нефтекорпу и называлась «Продуктивный пласт» – они были известны как «срань Господня» из-за отца. Но никто уже не осмеливался наезжать на них – во всяком случае, явно, как только Зеб немного подрос. Адам в одиночку стал бы просто сидячей мишенью, такой он был худой и прозрачный. Но стоило кому-нибудь хоть пальцем его тронуть, Зеб делал котлету из обидчика. Впрочем, хватило всего двух раз. После второго раза слух о том, что с ними лучше не связываться, разошелся по школе.
Руки Шилицци
Адам и Зеб совместными усилиями спасались от промывки мозгов, которую вели Труди и преподобный. Чего они пытались избежать, помимо наказания? Любых шагов, ведущих по пути праведности, пути Святого ПетрОлеума, на который их так усиленно толкали.
Адам спасался исключительно враньем на голубом глазу – любой, кроме Зеба, поверил бы, что Адам невинен, как только что снесенное яичко. А у Зеба проявились таланты вора-домушника. Часы, проведенные им в чулане, имели и свои положительные стороны, а шпильки для волос – массу полезных применений. И скоро Зеб уже тайком передвигался по всему дому, копаясь в ящиках комодов и в электронной почте родителей, пока те думали, что он надежно заперт среди зимних пальто и устаревшей бытовой техники. Взлом замков стал его увлечением, а хакерство – после тайных экскурсов в школьную интрасеть и визитов в публичную библиотеку – призванием. В мире фантазий никакие пароли не могли преградить ему путь, никакие замки не могли его удержать, и по мере того как он становился старше и опытней, эта фантазия вливалась в реальность.
Сперва он с головой погрузился в порносайты и пиратскую кислотную рок– и фрик-музыку. Разумеется, все это Церковь запрещала. Ее уделом были наглухо застегнутые воротнички и публичные обеты воздержания. Одобренная Церковью музыка была ужасна, как тысяча космических монстров. Так что Зеб врубал через наушники продукцию каких-нибудь «Фосфоресцирующих трупов», «Раков поджелудочной» или «Шизоидных глистов-альбиносов» и бродил по сети в поисках все новых женских тел во все более затейливых позах. Он ведь не делал ничего плохого: все эти видео уже сняты, так что он в каком-то смысле путешествовал во времени. Причиной их появления был не он.
Когда он почувствовал, что готов, то решил поднять ставку и по-настоящему испытать свои силы.
Церковь ПетрОлеума была весьма продвинута в смысле технологий. Она собирала пожертвования через десяток хитроумных сайтов, интегрированных с социальными сетями. Урожай из карманов верующих поступал круглосуточно и без выходных. Предполагалось, что защита на этих сайтах – лучше не бывает, с двухслойной кольчугой из хитровывернутых программ, которую пришлось бы взломать любому воришке, пожелай он добраться до текущих счетов. И действительно, система надежно защищала от внешних воришек; но она была совсем не защищена от массивной атаки изнутри, которую провернул Зеб, когда ему только-только исполнилось шестнадцать.