Его рука рисует чувственный круг на моем запястье. Мой взгляд становится полуприкрытым от давления.
Вдох.
Выдох.
Должна ли я это сделать?
Да! К черту, «да»! Поверь мне, Грейс. Ты хочешь провести ночь со своим горячим татуированным мужем. Что в этом плохого? Теперь ты замужем. Одна плоть и все такое. Ты принадлежишь ему. А он принадлежит тебе. Садись на лошадь и скачи, ковбойша.
Голос Слоан — словно ангел на моем плече. Тот, который толкает тебя на все неправильные поступки.
Так что, может, и не ангел.
По крайней мере, не в хорошем смысле.
Зейн отодвигается назад и смотрит на меня, его взгляд томно перемещается от моих глаз к моим губам, к моей груди, которая качается с каждым вдохом. Его взгляд задерживается на моей груди немного дольше, чем нужно, и пылающий жар прокладывает путь под юбкой моего свадебного платья.
Он не пытается скрыть свою жажду меня — не то чтобы мне требовались какие-то дополнительные доказательства, кроме тех, что были приложены ко мне минуту назад, — но теперь я знаю, что он действительно думает, что загнал меня в угол.
Он ошибается.
— Как только я возьму у тебя все, что мне нужно, я подам на развод.
— Можешь попробовать. — Он кивает, как будто его это не беспокоит.
— Отлично.
Его взгляд встречается с моим. Пугающий вид синего. Не испорченный цветами вроде зеленого и золотого. Просто кусочек чистого неба, запертый за проклятым черепом.
— Но только потому что я все равно предложила тебе одну ночь, — бормочу я, словно уговаривая себя выполнить нежелательную работу.
Его глаза скользят в сторону, а затем сужаются, словно он нашел воспоминание. Это был день моей последней встречи с «The Kings» по поводу «Благодарного проекта». День, когда парни намекнули, что больше не могут помогать мне выслеживать убийцу Слоан.
Зейн проводил меня до двери и настоял на продолжении расследования со мной. Вместо того, чтобы подарить поцелуй в знак благодарности, я предложила себя. Ради нас обоих. Последняя ночь, чтобы выкинуть это из головы и двигаться дальше.
— Назначь встречу в тюрьме. Сегодня вечером. Как только я буду уверена в встрече, позволю тебе делать со мной все, что захочешь.
— Это опасное обещание. — Он больше не вторгается в мое пространство, и все же эта фраза хрипло вырывается из его горла и почти отбрасывает меня обратно к стене.
Огонь в моей крови искрится электричеством. Мое сердце колеблется, пытаясь оставаться спокойным, несмотря на противоречивые чувства внутри него.
— Завтра я хочу встретить Славно.
— Продолжай говорить о другом мужчине, и я начну ревновать, тигренок.
— Хватит валять дурака. Я же говорила, что не стала бы этого делать, если бы он не стоял на кону.
Шаги грохочут в некогда пустом коридоре. Они звучат намеренно громко, как будто кто-то идет, чтобы мы знали об их приближении.
— Эм… ты порядочный? — кричит Каденс.
— К сожалению, — кричит Зейн.
— Рик только что прислал сообщение. Он закончил с мамой Грейс. Она сейчас же вернётся сюда.
Игривая улыбка Зейна превращается в безмятежную ухмылку, давая понять, что он скрывает свои истинные мысли.
Я моргаю, шокированная собственной интерпретацией. Я начинаю узнавать его улыбки. Когда мы успели так сблизиться?
— Переодевайся и встретимся на парковке, — говорит Зейн.
— Что? Почему?
Но он уже уходит.
— Зейн!
— О, и придумай оправдание для своей мамы, — добавляет он.
— Как я должна это сделать? Зейн, куда мы едем?
Он останавливается и слегка поворачивается, так что я могу видеть высеченный угол его профиля.
— Эта маленькая кровать в твоей больничной палате не выдержит всего того, что я собираюсь с тобой сделать, тигренок.
Жар хлещет мою грудь, словно кнут.
Я настолько ошеломлена, что даже не могу говорить.
Зейн смеется надо мной, сверкая серебристым языком, он облизывает губы, а затем исчезает из виду.
ГЛАВА 7
Зейн
Я не могу достаточно быстро сбросить с себя этот смокинг.
Финн бросает мне дорожную сумку из багажника Датча, я роюсь в ее содержимом, пока не нахожу свою футболку и мотоциклетную куртку.
— Все прошло лучше, чем ожидалось, — бормочет Сол, стоя только в брюках и кроссовках.
Я вижу все от его талии и выше. Синяки от нашей драки с Холлом все еще видны на его спине и боку.