Кейди слабо кивает и прислоняется к мужу. Датч обнимает ее за плечи и целует в лоб. Финн трёт глаза, как будто у него болит голова. В комнате повисает изнуряющая тишина.
Эти ребята действительно выложились ради тебя.
Я знаю. Меня охватывает волна благодарности.
Хотя Финн не присутствовал при извлечении, он сыграл самую большую роль в том, чтобы бабушка Славно смогла незаметно выскользнуть.
Датч и Каденс возглавляли наш путь отступления. Конечно, Сол сделал свое дело с огнем, хотя часть меня всегда будет чувствовать себя виноватой за то, что заставила его выпустить этого зверя внутри, вместо того чтобы научить его сдерживаться.
А как же Зейн? Зейна забыть невозможно.
Слоан указывает туда, где Зейн возвращается в фойе, свободна держа мобильный телефон в руках.
Я прочищаю горло.
— Ты дозвонился до своего контакта?
— Пока нет. Я оставил ему сообщение с просьбой перезвонить мне.
Датч и Каденс кивают.
Финн подходит к большой винтовой лестнице и садится на нижнюю ступеньку. Он кладет голову на один из столбиков. Похоже на неудобную подушку.
Зейн продолжает:
— Я все еще чувствую беспокойство.
— Вероятно, потому что мы оба знаем, что Славно нельзя доверять.
— Мы выполнили свою часть сделки. Отказ Славно на этом этапе игры отбросил бы нас далеко назад.
— Даже если так… — Я сжимаю руки и смотрю в глаза Королям и Каденс. — Спасибо вам. За сегодняшний вечер. За все. — Мускул на челюсти Датча напрягается.
— Не надо. Это не так уж важно.
— Он прав. В семье в этом нет необходимости.
Каденс машет рукой, словно выдувая мою благодарность в окно.
Снова наступает тишина, но на этот раз менее неловкая. Или, может быть, это я начинаю чувствовать себя более комфортно.
— Ты устала, Брамс? — спрашивает Датч, нежно глядя на Каденс. Странно видеть это. В школе суровое лицо Датча, казалось, способно было принимать только два выражения — сердитое и отвращенное.
С Каденс он как маленький щенок, который стремится угодить. Она прикрывает рот зевком и кивает. И объявляет нам:
— Мы сейчас поднимемся наверх, чтобы проверить Ви и немного отдохнуть.
— Спокойной ночи, — машу я рукой.
Каденс мягко улыбается и машет в ответ. Датч берет ее за руку и ведет мимо Финна вверх по лестнице.
Ой. Если бы Датч и Каденс уже не были парой, я бы их шипперила.
Слоан опирается на перила рядом с Финном, подперев подбородок ладонями и глядя на молодоженов.
Я чувствую теплую руку на пояснице. Зейн стоит позади меня, окидывая меня долгим, внимательным взглядом.
— Ты готова ко сну?
Кажется, что эти слова нагружены каким-то другим смыслом, и я напрягаюсь.
Слоан подбегает ко мне и нависает над моим плечом.
Он не говорит о том, чтобы идти спать, Грейс.
Я с трудом сглатываю, чувствуя тот же прилив адреналина, что и тогда, когда мы вытаскивали бабушку Славно из дома престарелых.
Зейн ждет, что я отвечу словами, но мой язык отяжелел, и все, что я могу сделать, это кивнуть. Я была раздражена, что мы не смогли вчера закончить наши дела в спальне. Почему сегодня все так по-другому? Почему кажется, что это что-то большее?
Потому что вчера ты чувствовала, что тобой манипулируют. Но сегодня ты чувствуешь себя любимой. Слоан пожимает плечами и обходит Зейна. Даже если бы ты встречалась с парнем, который был на шесть лет старше тебя, он бы не сделал того, что Зейн сделал для тебя сегодня вечером.
Мое сердце набирает скорость и колотится быстрее. Я не думаю, что чувствую себя любимой, как предполагает Слоан, но… я знаю, что, по крайней мере, не буду ненавидеть сегодняшнюю ночь.
Мой взгляд скользит по крепким мышцам Зейна. Материал его костюма абсолютно нелестный и странного оттенка зеленого, но на нем это могло бы быть модным заявлением.
Я провожу языком по зубам, мысленно готовясь.
Это просто секс, Грейс. Не надо нервничать. Или, может быть, надо. С Зейном Кроссом никогда ничего не бывает легко.
Он — само определение разбивателя сердец. «Женоубийца», как говорила одна из маминых подруг-официанток в закусочной, с его медленными улыбками, татуировками и опасной способностью смотреть женщине прямо в глаза и заставлять ее чувствовать то, о чем она никогда не просила.
То, как он смотрит на меня сейчас.
Прямо в мои глаза. Горячо. Собственнически.
Его взгляд излучает собственное тепло, собственную энергию, сливаясь с моей холодной персоной, растапливая ледяную женщину внутри меня, пока она не станет всего лишь жидкостью.