Вся аудитория разразилась хохотом. Некоторые бросали на студента сочувствующие взгляды. Олдмен любила выставлять Колфилда посмешищем, но, несмотря на взаимную антипатию, Джон мог её понять. Видимо, в жизни у этой женщины не осталось ничего, кроме её работы, преподавания. Очень неприятно, когда какой-то сорванец плюет на то, чем ты живешь.
- Нет, спасибо,- кратко ответил Колфилд.
- А я думаю…- начала Олдмен, но речь её прервал буйный звонок - символ перемен и духа свободы для студентов, - повезло тебе, Колфилд.
Десятки студентов вышли из аудиторий и заполнили пустые коридоры. Каждый стремился в свою маленькую стаю, завязывая незамысловатые разговоры.
То тут, то там слышались обсуждения популярных тем из интернета и шутки оттуда же, – одни и те же шутки, – словно они становились всё смешнее с каждым повторением. Компания особо популярных студентов обсуждала вчерашнюю вечеринку, хвастаясь выпитым литражом.
Где-то там, в темных сумраках собрались «ботаны» и разговаривали лишь о лабораторных работах и предстоящих экзаменах. Особняком всей толпы были девчонки, «вишенка на торте» группы Джона. Хоть большинство из них были довольно привлекательны, но слушать о чем они беседуют было выше любого терпения.
- Бро!- выкрикнул Джозеф, подошедший к Джону. Джо был высоким и широкоплечим парнем, прямолинейным и, моментами, даж слегка грубоватым,- че как оно?
- Всё пучком,- соврал Колфилд, пожав протянутую руку,- а сам как?
- Вчера встретился с Оливером. Напились как свиньи. Еле донес его до дома,- рассказывал Джо и спустя секунду щелкнул пальцами будто ему в голову пришла идея, ехидно улыбнулся,- Кстати, уже оприходовал Грейси?
- Джо, не начинай…
- Да ладно. Ну как она? Бревно?
- Джо…- ответил Джон, сжимая челюсти.
- А, я понял. Ну не переживай, старик. Все они…
- Смотри, что я купил сегодня,- перебил Джон и засунул руку в портфель в поиске таинственного диска,- говорят, что это что-то стоящее.
- Если это не прогрессивный или психоделический рок – можешь даже не предлагать,- ответил Джо, вяло взявшись за наушник. Засунув его в ухо, он с нескрываемым интересом прислушался к мелодии; однако спустя пару секунд брови его нахмурились и, вытащив наушник из уха, Джозеф загоготал,- тебя развели, поздравляю.
- О чем ты?
- Ну, сам послушаешь – поймешь,- ответил Джо, натягивая свисающую лямку потрёпанного портфеля обратно на плечо,- ну давай, мне пора на пару.
Оставшись в полном смятении, Колфилд попрощался с Джо. Что он имел в виду? Томимый интересом, Джон приложился к наушнику.
Ностальгические первые аккорды знакомой мелодии вызвали неподдельную улыбку, которой не суждено было продержаться долго. Вместо привычного вокала Джон услышал, о Боже, какое-то сдавленное стенание, жалкую пародию, плевок в лицо оригиналу. Многоголосье фальши и откровенно неумелый подход к вокалу, что уж там говорить про попадание в ноты…
- Мда…- вымолвил Колфилд, разочарованно взглянув на вытянутый в руке наушник,- худшего кавера в век не сыскать. Хорошо, что я не потратил на это деньги.
Как назло, прозвенел порабощающий звонок, вынуждая перенести своё бренное тело в следующую аудиторию за порцией очередного информационного мусора. На паре культурологии можно было хотя бы вздремнуть; однако любое времяпрепровождение в учебном заведении было неким испытанием силы воли. Наподобие древней китайской пытки каплями воды.
Хорошо освещенная двадцать вторая аудитория встретила студентов портретами Канта, Платона и Сократа. На учительском столе красовался бюст Аристотеля средь аккуратно разложенных учебников, затесался «По ту сторону добра и зла. К генеалогии морали» автора Ницше. Одногруппники шустро занимали места за партами, раскладывали тетради и ручки.
Следующие полтора часа жизни Джон был обречен провести за конспектом под занудные рассуждения преподавателя о сакральных смыслах бытия, понятиями из метафизики и экзистенциональном методе познания мира. Преподаватель зашёл в аудиторию, и гул затих.
- Так, открываем тетради, студенты. Сегодняшняя лекция посвящена эзотерическому учению, поддерживающую идею мультивариантного мира,- деловито объявил мистер Пеннингтон, открывая маленькую белую книгу,- трансерфингу реальности. Это учение, в общих чертах, о том, что человек сам способен устанавливать контроль над…
Колфилд улегся на парту и сделал вид, что старательно записывает каждое слово за преподавателем. Задняя парта давала возможность отдыха, чем Джон всегда умело пользовался. Забавы ради, или просто от скуки, он снова включил пресловутый «unknown cover album» на своем плеере. И снова знакомый порывистый проигрыш, и снова эти потуги незнакомых людей подражать вокалу.