Да! Верно! Обычно это запрещено в отчетах. Новшества вводятся по-другому. Агафон, или кто там будет проверять, всё забракует и привет разруха, как же я скучаю! Дом, милый дом. Великолепно!
Возрадовавшись от своего же притянутого за уши самоуспокоения, потащился с девушками на выход. Нам официально устроили выходной. Предложили погулять по городу, а уже завтра объявят мнения принцев о проделанной кандидатками работе. Тогда же можем встретиться с ними лицом к лицу, если они заинтересуются девушкой, то пригласят ту на свидание. Девушки, услышав радостную весть, защебетали как радостные синицы, вызвав боль в ушах. Страдая, не решался уйти из зала, надеясь услышать хоть что-то полезное.
Нет, все хватит. Не выдержав одной и той же темы про платья, богатство родителей и мечты о количестве детей слинял на улицу. Остановись мгновенье, ты прекрасно! Солнышко! Птички! Ветерок…
Не понял?! Где птички? Не рушь мне картину жизни, мироздание! Прислушался ещё раз. Точно ни свиста, ни щебетания. Что за? Это из-за того, что нахожусь в книге? Но мир дышит жизнью, и персонажи ведут себя человечно. Ничего адекватного не придумалось. Идея с жрущими птичек рептилоидами была признана нежизнеспособной. На карандашик явление взял, записал.
Так, размышляя, о том, что буду делать по возвращении в родную библиотеку, пошел по главной улице, осматривая достопримечательности Атлантиды.
***
Молчание в зале затягивалось. Как-то тухло начал проходить отбор. Девушки приличные, готовые к замужеству. Царевичи же наоборот. Сплошь неприличные и ни к чему не готовые.
Агафон разгладил пальцами морщины, прорезавшие лоб.
- Что скажете, парни? – пытаясь узнать хоть что-то, начал разговор советник.
- Они так лживы, - отметил Досифей, констатируя факт и ведя себя так, будто познал тайну жизни.
- Как же выбирать, если они заранее нас обманывают? – запечалился вслух Каллиник.
- А что вы ещё хотели, братья, от женщины? Боги обделили их мозгами! – фыркнул Аврелий, целуя в ушко наложницу, сидевшую на его коленях.
- Ты не прав, Аврелий, в кандидатках есть и умные, - поправил старшего брата Досифей.
- Кто? – Аврелий от удивления даже пересадил наложницу с коленей на другое сиденье, полностью включаясь в разговор.
- Хотя бы эта?
Посмотрев на переданный документ, Аврелий рассмеялся.
- Досифей, ты подхватил болезнь второго братишки? Клеарх, ты покусал шестого брата? А ведь всегда такой спокойный, не ожидал, – Аврелий, смеясь, выкинул анкету в мусорку.
- Я никого не кусал, старший брат, ты заходишь слишком далеко, - прокомментировал Клеарх. – Объяснись по поводу Сантары. Почему ты не считаешь её действия умными?
- Потому что она баба? – хмыкнул Аврелий, притягивая обратно к себе наложницу.
- Я тоже не в восторге от происходящего, брат, но будь серьезней, - выразил свое мнение Иринарх, - тебя не заставляют выбирать эту девушку, но выдавать презрение из-за того, что она женщина, недостойно будущего правителя Лескира.
- Какие надоедливые. Лескир – то, Лескир – сё, за своими странами так следите, - закатил глаза Аврелий, - разве то, что она проворонила свиток, и его прикарманила Амелия, выдав за свой, ни о чем вам не говорит?
- Нам всем об этом известно, ничего нового, - Досифей выжидающе посмотрел на Аврелия, ожидая более конструктивной критики.
- По факту, она оказала помощь нуждающемуся, важное качество для царевны, - поддержал Диодор, говорившего перед ним Досифея.
- Она сломала психику Кадилу, - впервые за всё время открыл рот четвертый по старшинству Орест, горой возвышавшийся среди своих немаленьких братьев. – Жуть - огонь.
- Ты хотел сказать, огонь женщина, Орест? - уточнил восьмой из братьев Феоктист, перестав заравнивать золотистые пряди перед зеркалом и подсаживаясь обратно в круг печальных братьев.
Орест, подумав над вопросом младшенького, неуверенно кивнул.
- Да, любопытный момент, - оживился Досифей, - сломать такого человека, дважды ветерана морских сражений. Удивительная девушка. Вы с ней похожи, Клеарх, - обратился он к старшему, тот молчаливым взглядом окинул Досифея, но ничего не ответил.