Скосил глаз. А на запылившемся столе сердечко на сердечке и сердечком погоняет. Подивился на сие безобразие, запрятал улыбку поглубже.
- Не сказал…а бы... – чуть споткнувшись на окончании и не зная, как рассказать о новой версии, задумался, перебирая варианты ответа. Наверно, отвечу ему так, - первоначально этот символ означал пожелание встретить любовь, а позже молодежь начала использовать его как символ признания в любви.
Клеарх завис на неизвестное количество секунд, а потом резко ребром ладони стер свои художества. Я захихикал, отчаянно пытаясь прекратить. Парень посмотрел на это дело и сам захохотал. Свой человек. Отошли от смеха спустя полчаса. Вытер слезу, успокоил парня.
- Ты не подумай, сердечки на блюдах зачастую используются чисто для украшения. Их легко сделать, и глаз радует.
- Можешь не оправдываться, это было забавное попадание впросак из-за разницы культур. Наш день прошел весело и познавательно, - принц встал, указывая на окончание свидания, - спасибо за выделенное на меня время Сантара.
- Да не за что, - встав, пошел за ледоколом, ведущим меня обратно через бурьяны к выходу, - у нас были интересные темы разговора.
Распрощались мы у выхода из сада совершенно довольные друг другом. Родились бы в одно время в России, точно стали бы друзьями.
- Через два дня во дворце пройдет бал, не желаете меня сопровождать Сантара? - спросил напоследок Клеарх.
Подумал о том, как на меня кобры коситься будут, и вздрогнул. Подумал о счастье Сантары и согласился. Не вечность же буду куковать в её теле. Да и чуйка говорит, что накрылись мои мечты на быстрое возвращение в бытие призрака. А Клеарх - по уму парень надежный. Вон как змеюку придушил. Точно девоньку защитит и в обиду не даст.
- Вам нужно будет придумать платье. Какой цвет желаете закрепить за собой?
Заторможено глянул на Клеарха. Стоит, лыбится, чертила каштановый. Придумать. Будто знакомое дело - платье придумывать. Правнучка к выпускному пять магазинов объездила и всё было не то и не так. А тут с нуля придумать. Начнем с самого простого. Блондинкам красное идет, но Сантара не тот типаж для красного. Пусть голубой будет, любимый цвет моей дочурки. Клеарх выслушал пожелания, кивнул, сказал, что пригласит портного для обсуждения дизайна.
Девушек на пути не встретил. Подумал, подумал и вспомнил. Обед же. От того и тишина. Продуманный принц, ничего не скажешь, вовремя меня отпустил. Решил слинять от греха подальше на море. Знаю я женский род, увидят и как налетят на допрос, все мысли и душу вытрясут.
На море досидел до самого вечера, прячась в тени утеса. Высокие камни образовывали между двумя скалами арку, отбрасывающую тень, за которой я и следовал всё время крабиком. Голода не чувствовалось. Моя способность ещё с прошлой жизни, от морского воздуха полностью терял аппетит.
Вернулся к ужину, девушки косились, но близко не подходили. Видимо удовлетворились расспросом Амелии. Та от повышенного внимания цвела и пахла. Даже воздух вокруг чернявой красавицы дышал и флюидил снобизмом и нотками звездной болезни. Принцы после вчерашнего фееричного явления на ужин больше на глаза не показывались. Зря думалось, что они будут прятаться от невест. Их ещё пойди вылови в этом громадном тереме, да условия встречи создай.
На помосте появилась голограмма Агафона, мгновенно привлекая к себе концентрированные надеждой взгляды. Так и есть, глашатай объявил ещё восемь свиданий. В список попали мои соседки Ланика и Азиде.
Похоже, принцы отбирают девушек только по ведомому им принципу. Так как на первый взгляд связи с их выбором никакой. На этой ноте решил завершить свой тяжкий день, перед сном навестив термы.
***
Клеарх наблюдал за перебранкой братьев. Бранились те вяло, без огонька. Пусть все и началось с шуточного сватовства, но Сантара и правда оказалась весьма начитанной особой. Все подозрения подтвердились. Салат и отчет её производства. На вопросы отвечала безо всякой лжи, по крайней мере, его заклинание ни разу не среагировало. Смогла его разговорить, что даже братьям удавалось редко.
Необходимо было прояснить ещё один момент.
- Каллиник, Досифей, зачем вы напустили на нас тайпу? Это испытание должно было проходить гораздо позже.
Братья замолчали.
- Почему ты думаешь на нас? - осторожно спросил Досифей.