Происхождение и основы общей Г. Библ. Г. тесно связана с общей Г., к–рая уходит корнями в культуру народов примитивной цивилизации. Так, обряды посвящения молодых членов общества у «первобытных» племен сопровождаются толкованием мифов и ритуальных символов. В древневост. и антич. культурах жрецы объясняли слова экстатич. прорицателей и письменно фиксировали эти объяснения. Но настоящее начало искусству Г. было положено греч. философами, к–рые задавались целью отыскать глубинный смысл в мифах и у Гомера. При этом они зачастую вкладывали в древние тексты и сказания смысл, весьма от них далекий. По существу, они лишь использовали мифы для изложения собств. взглядов. Особенно типично это было для стоиков, что вызвало ироническое замечание Цицерона: «Вы считаете старых поэтов за стоических философов». У стоиков была еще одна задача: защищать архаические мифы от нападок скептиков, истолковывая их а л л е г о р и
ч е с к и. Этот прием был усвоен *александрийской школой иудейского богословия (Аристобул, Филон Александрийский) при интерпретации ВЗ.
В период поздней античности и в средние века труды Г. сосредоточиваются вокруг Библии; только с эпохи Ренессанса начинает развиваться научно–лит. Г. в применении к антич. памятникам. Наибольших успехов она достигла в 19–20 вв. С одной стороны, усилилось стремление понять индивидуальный характер древнего текста, в ж и т ь с я в мир его автора (Шлейермахер), а с другой — стали разрабатываться интуитивные и структуралистские методы проникновения в мир мышления общества, чуждого европейскому (О. Шпенглер, К. Леви–Стросс). Нек–рые теологи расширили понятие и роль Г., рассматривая ее как универсальный ключ к истории вообще и истории Церкви в частности (*Эбелинг).
Общая Г. тесно связана с проблемой п о н и м а н и я, т. к. понимание не есть просто восприятие информации. Цель его — проникнуть за систему знаковых символов, из к–рых складывается речь (и записанное слово), с тем чтобы возможно более адекватно постичь скрытый в них смысл. Особо трудной для понимания является структура архаического сознания. Для богословия герменевтич. вопрос понимания играет огромную роль, т. к. он касается непостижимой реальности. Библ. Г. оперирует символами как условными знаками. Напр., слова «Отец» или «рождение», прилагаемые к Тринитарной тайне, взяты из сферы чисто земных отношений, но как символы переносятся в область неизреченного.
Нередко Г. оказывает помощь э т и м о л о г и я, установление смысловых корней слова и связи его с другими родств. словами (так, в Ин 1:14 выражение «обитало с нами» буквально означает «поставило среди нас скинию», что перебрасывает мост между культовым прообразом ВЗ и явлением Богочеловека в мире).
Принципы Г., выработанные со времен Ренессанса до наших дней, можно свести к нескольким гл. положениям. 1) Тексты необходимо изучать не в изоляции, а в общем к о н т е к с т е, целостной структуре произведения. 2) При истолковании текста важно составить по возможности наиб. полное представление о личности а в т о р а, даже если неизвестно его имя. 3) Огромную роль в интерпретации документа играет реконструкция историч. и культурной с р е д ы, в к–рую был включен автор. 4) Требуется тщательный г р а м м а т и ч е с к и й и ф и л о л о г и ч е с к и й анализ памятника в соответствии с законами языка оригинала. 5) Поскольку каждый лит. ж а н р имеет свои особенности и приемы, важно определить, к какому жанру принадлежит данный текст (с учетом специфики его худож. языка: гиперболы, метафоры, аллегории, символы и т. д.). 6) Толкованию должно предшествовать к р и т и ч е с к о е изучение рукописей, призванное установить наиб. точное чтение текста. 7) Толкование остается мертвым без интуитивного с о п р и ч а с т и я духу памятника. 8) Пониманию смысла текста может способствовать с р а в н и т е л ь н ы й метод, т. е. сопоставление с другими аналогичными текстами. 9) Толкователь обязан установить, какой смысл написанное имело прежде всего для самого автора и его среды, а затем уже выявить отношение памятника к современному сознанию.
Иудейская библ. Г. Собственно библ. Г. возникла независимо от античной, но позднее восприняла ее основные элементы. Первым и гл. принципом Г. в ветхозав. время была вера в Писание как С л о в о Б о ж ь е. Писание требовало к себе иного подхода, нежели обычное произведение письменности.