— Кто-нибудь пострадал? ― спросил Томас.
— Не знаю.
Трепет покорёжил сознание, тени словно ожили, потянулись к ним. Взорвался ещё один прожектор. Перед Томасом появился чёрный круг с фиолетовым ореолом.
Портал.
Деванты.
Пять чудовищ в чёрной броне с масками на половину лица. Они ринулись быстро к ним, исчезли под покровом ночи, а после появились совсем рядом. Работали быстро и слажено. Томас едва уловил движение перед собой, его помощника сбили с ног, брата Анны затащили во тьму портала. Послышался залп выстрелов. Новая порция криков и вспышки, чем-то напоминающие молнии. Внезапные, яркие, ослепляющие.
Томас выстрелил наугад, в последний момент, пуля пробила висок деванта. Камнем он рухнул на землю, и Медичи выстрелил уже точнее в монстра, который напал на Князина.
Новый залп выстрелов немного оглушил. Томас понимал, что ничего не мог поделать. Все его люди видели открывшиеся порталы. Деванты, прежде кочующие из одной страшной сказки в другую многие годы, теперь стояли перед ними. То, что случилось на Десятом луче только больше породило недоверия и ужаса. Их боялись, остерегались, старались избавиться. Убить по возможности. Никогда и никто не давал девантам и права на существование. Их единственным приговором всегда являлась ― смерть.
Цепкие руки схватили Томаса за плечи и отшвырнули назад. Взорвались ещё два прожектора и лагерь погрузился в хаос и полумрак. Порталы вспыхивали, а деванты перемещались от одной жертвы к другой. Быстро, без лишних действий и слов.
Белый свет полился из рук монстра, что навис над Томасом. Из правого виска деванта сочилась кровь, но чувствовал себя гад отменно. Стянул маску лица и скалился. Томас поднял пистолет и прицелился, но нечто белое пробило его запястье и пригвоздило к земле.
Боль сковала тело, а глаза вцепились в белую стрелу, что торчала из руки. Пистолет отлетел в сторону. Девант положил на тетиву лука новую стрелу, сотворённую из чистого света магии, похожую на Белый гримуар и продолжал улыбаться.
— Томас Медичи? ― немного писклявый голос, раздался откуда-то слева. Человек в сером костюме и отвратительном красном галстуке-бабочка смотрел на него сверху вниз. ― Меня зовут Григорий Старов. Я пришёл с приказом от Виктора Альтова, прекратить подготовку экспедиции в Леса Тары.
— Ублюдок, ― прошипел Томас, уже почти не чувствуя правой руки.
— Поиски Золотого гримуара прекращены в целях безопасности. Я здесь, чтобы проследить за остановкой работ и доставить вас в столицу в целости и сохранности. ― Григорий расправил плечи ещё шире и осмотрел лагерь. ― Жаль, что твои люди начали сопротивляться.
— Ты об этом пожалеешь, ― обещал Томас, стараясь немного шевелить пальцами.
— Номер «85», убери оружие и освободи его руку. Он нужен целёхоньким.
Стрела распалась на частицы света и растворилась в ночи. Его грубо подняли и заставили встать на колени перед Григорием. Томас сажал рану, стараясь не думать о горячей крови, что просачивалась сквозь пальцы. Старов горделиво выпучил грудь и стал похож на снегиря, чей зоб сейчас взорвётся. В полумраке трудно было рассмотреть его черты лица, но надменный взгляд победителя говорил о нём многое.
— Следующий пункт назначения ― поместье Медичи.
— Я убью тебя!
Томас вскочил на ноги, кинулся на Старова, но нечто тяжёлое обрушилось на его голову, отправляя в глубокий сон.
Глава 27 ― Провокация
Драгана
Золотой гримуар.
Правда записанная Кишь.
Его самый младший, самый взбалмошный брат отправился править городом у подножия пяти гор. И больше всего было волнений именно там. Изагний ничего не мог с ним сделать. Каждое препятствие его младший брат устранял, а приезжать в столицу не намеревался, постоянно намекая на суверенитет области, отданной ему в управление. Изагний знал, что рано или поздно новости распространяться и его браться и сёстры захотят того же. Но он долго думал, что способен это контролировать. Тем более он очень хотел отправиться за море, чтобы начать эпоху великих завоеваний.
Но вскоре всё изменилось.
Подсознание вещало образами. Болезненными. Нелогичность повествования намекала на мираж, но было так интересно идти дальше. Дорога вымощена переливающем камнем, впереди виднелись двери поместья. К нему-то Драгана и спешила. На крыльце стояли родители, улыбались и солнечные лучи освещали их. На Марии лёгкое весеннее платье в мелкий цветочек голубого цвета, её волосы заплетены в толстую косу, а Николай одет в белую рубашку и серые брюки. Они о чём-то говорили и их счастье выглядело таким прекрасным и безоблачным, хотелось запечатлеть этот момент. Спрятать в надёжный сейф и охранять. Родители повернулись к ней, и вся радость слетела с их лиц. Вместо улыбок губы скривились, а меж бровей расползлись раны от пуль и кровь бежала быстрым потоком по бледным лицам. Глаза потеряли искорки света, поблекли, веки приспустились.