— Он во всём виноват! ― Елена указывала на Томаса, истерика охватила её полностью. ― Томас виноват! Он убил мою сестру и её мужа!
— Хватит!
Анастасия постаралась увести Елену.
— Нет! Его приютили, усыновили, растили в таком доме, и вот как он отплатил! Убил их, чтобы получить наследство!
От гнева Драгана поддалась вперёд в плотную к полоумной тётке, что устраивала концерт на публике. В самый непростой момент. Елену пыталась удержать не только Анастасия, но и её дети. Любопытные взгляды сверкали со всех сторон, внимая к происходящему.
— Замолчи! ― гаркнула Драгана. ― Не смей! Слышишь?
— Он убил их и до тебя доберётся! Он выродок, ему не место в нашей семье!
— Прекрати!
Пощёчина обожгла щёку. Драгана распахнула глаза, уставившись на тётю. Елена подняла на неё руку. Ударила при всех в её доме.
— Ты его покрываешь, потому что помогала ему убивать родителей?!
Тишина разрезала пространство. Драгана сжала кулаки, собираясь ударить. Елена кричала, обвиняла, требовала справедливости. Рядом с ней встал молодой мужчина с серыми глазами и коснулся пальцами её виска. Елена успокоилась и провалилась в небытие. Чародей успокоил её и, казалось, каждый вздохнул с облегчением. Драгана узнала его ― Михаил Разумовский. Он отделился от членов Совета, что прибыли на похороны. Он подхватил бессознательную женщину и посмотрел на Драгану.
— Куда её лучше отнести?
Эмоции всколыхнули рану, которую Драгана пыталась оберегать до окончания процессии, чтобы потом наживую сдёрнуть пластырь и орать, пока силы не оставят тело, а вместе с тем, может, и боль. Что именно перевернулось внутри, не понять в такой кутерьме, но она посмотрела на Елену, а после на чародея. Сейчас все следили за ней, готовые потом пересказать всё своим друзьям, разнести сплетни по всей Астерии и позволить ветру разнести их дальше по стране.
— Плевать, ― тихо, почти шёпотом произнесла Драгана, чтобы только Разумовский услышал. ― Она мне больше никто.
Развернувших на низком каблуке, Драгана пошла по каменной дорожке обратно к особняку. Внутри полыхал пожар, грозящийся сжечь всё на своём пути. Она даже не заметила, как прошла вдоль озера, обогнула беседку и спряталась от всех в конюшне. Прошла все стойла и забилась в дальний угол, где заготовлено сено.
Никто не видел её, и Драгана заплакала. Она упала на колени, хватаясь за живот, и закричала в немом крике, выпуская всё наружу. Длинные волосы касались грязного пола, колени жгло от удара, но она кричала, пока связки не заставили её закрыть рот. Тихо скуля, Драгана собиралась с силами. Лошади вели себя беспокойно, топтались на своих местах и ржали, будто чувствовали боль утраты.
Кое-как поднявшись, Драгана поспешила к дому и зашла через чёрный ход. В кабинете отца она открыла шкафчик с алкоголем и достала виски. Её руки дрожали, пока она наливала в бокал напиток. Отставив бутылку, выпила залпом и закашлялась от крепости алкоголя. Виски обжёг горло и пищевод, дышать стало так трудно, и Драгана рвано хватала ртом воздух.
Следом налила вторую порцию и повторила ту же глупость. Тёплый алкоголь оказался отвратительным пойлом, или она просто ничего не понимала. Драгана со злостью захлопнула шкафчик и отошла к столу, упёрлась руками в столешницу, приказывая лёгким перестать так жадно вдыхать кислород, ей и без того больно.
Плевать ей было, что скажут другие за спиной. Что именно расскажут о том, что случилось сегодня. Драгана волновалась лишь о собственной гордости, о ссоре с отцом, о стычках с матерью, что пыталась их примерить. Она винила себя, что не смогла рассказать отцу всё о Библиотеке, попросить помощи раньше. Не закрываться от них всех, а наоборот открыться и позволить дать ей необходимые подсказки.
Драгана корила себя за то, что не часто говорила родителям, как сильно их любила.
Все защитные механизмы заскрипели и обрушились, сваливаясь в одну большую кучу сожаления. Драгана столкнула со стола всё, что на нём находилось: перьевые ручки, бумаги, свитки и карты. Сорвавшись окончательно, она рычала и била кулаками по столешнице, пока рёбра ладоней не заныли, и Драгана не осела на пол, восстанавливая дыхание.
Вытерев слёзы, она уселась удобнее и облокотилась на дерево стола. Здесь она чувствовала себя в относительной безопасности. В поместье много людей, которые абсолютно не искренни в своих соболезнованиях. Падальщики собрались скрывать злорадство за масками скорби и печали. Каждый из них втайне мечтал избавиться от Николая, занять его место, забрать его проекты. И под этими взглядами она не могла пойти в сокровищницу и спрятаться там. Любопытные гости последуют за ней, будут умолять и требовать пустить их к самой невероятной коллекции во всём мире.