Петров не знал, зачем он приехал в Библиотеку, и просто пошёл сразу к стойке Библиотекаря. Возможно, старик отвлечёт его от мыслей своими разговорами или, как часто это бывает, даст ему интересную книгу, которая Петрова увлечёт на несколько дней. А там либо Марина придёт в себя и забудет Кирилла, либо Петров вернётся к своему уже привычному образу жизни тут.
– Здравствуй, Петров, – Библиотекарь отвлёкся от формуляров. – Вид мне твой не очень нравится. Беспокоит что-то?
– От вас ничего не скрыть, – улыбнулся Петров.
– Да у тебя на лице всё написано. Тут даже гадать не надо.
– Не готов пока обсуждать. У меня вот вопрос вдруг только что появился. Я как-то раньше об этом не думал. А дети здесь рождаются?
– Влюбился, – со знанием дела подвёл итог старик. – Дело хорошее. Тебе, может, даже на пользу. Любовь открывает новые возможности. Она как шлифовальный диск, который обрабатывает алмаз и превращает его в бриллиант. Появляются всё новые и новые грани. Только работа требует аккуратности и времени. Ну и терпения, естественно. Есть у тебя оно?
– Эмм… С любовью всё неоднозначно. Я немного о другом хотел спросить. Про детей, – напомнил Петров.
– Детей у нас, Петров, хватает. Кто-то сразу с родителями прибывает. Но и сами по себе тоже. Для таких организован отдельный центр. Что-то вроде детского дома. Вот оттуда их и забирают в семьи. Так что, если ты надумаешь семью заводить, то можете забрать оттуда ребёнка. На вашей стороне это просто сделать.
– Ясно. А вы на чьей стороне? Библиотека, я так понял, она для обеих сторон одна.
– Я Библиотекарь. Я беспристрастен, как Высший суд. Моё дело – книги в порядке содержать.
Как раз в этот момент к нему подошёл один из служащих с тележкой, чтобы забрать скопившиеся книги.
– Я пойду, посижу немного, почитаю что-нибудь, – не стал отвлекать Петров.
Он попрощался с Библиотекарем и пошёл вдоль книжных стеллажей. Проводя пальцами по корешкам книг, он не мог узнать содержимое, но чувствовал настроение. Сейчас ему хотелось просто почитать, не вмешиваясь в чью-то судьбу. Возможно, какую-то красивую любовную историю. Но не успел он на чём-либо остановиться и выбрать, как его окликнули.
– Петров, – негромко, но отчётливо услышал, как его зовут.
Он обернулся на голос и увидел, что в читательской зоне, среди других посетителей, ему машет рукой Виктор. Петров уже хотел сделать вид, что не заметил его, но тот настойчиво звал его к себе. И если Петров не подойдёт, то Виктор, несомненно, сам придёт к нему. Нехотя поставив книгу обратно на полку, он пошёл к столику, за которым сидел Тёмный Вершитель.
– Не скажу, что рад встрече. Что тебе надо?
– Успокойся. Я с миром.
– Ты и в прошлый раз со стороны дружбы заходил, – напомнил Петров. – Вопрос, во что это вылилось.
Виктор тяжело вздохнул и указал Петрову на стул, предлагая присесть.
– У меня разговор к тебе есть. Хорошо, что встретились. Не знал, как выйти на тебя. Вряд ли ты захотел бы со мной говорить, если бы я позвонил.
Петров присел, тем не менее не настраиваясь на долгий разговор. Появление Виктора напомнило ему о родителях и своей роли в том, что случилось с ними. И первопричиной всему этому был Виктор. Несмотря на то, что у Петрова тогда был выбор, но, как это часто бывает, он не предполагал, что последствия могут быть такими. Ещё его терзала мысль, что помимо Виктора его ещё и свои подставили. Они-то знали, чем это может закончиться, и более того, подготовились заранее. Уж лучше бы лишение статуса Вершителя или даже крайняя мера – Пустота.
– Я понимаю твои чувства, – примирительно произнёс Виктор. – И соболезную родителям. Но мир порою бывает несправедлив и жесток. Я предполагал, что всё этим может обернуться. Мне тоже нехило досталось, но это сейчас неважно. Я о другом хотел поговорить.
Виктор рассказал Петрову, что желает перейти на Светлую сторону. Прошло три года, как он уже в этом мире и имеет право, как и каждый, сделать свой выбор. Времени на принятие решения всего месяц. Слишком уж всё не так радужно оказалось на Тёмной стороне. Вершить несчастья с каждым разом всё тяжелее и тяжелее. Но даже не это главное.