– В том-то и дело, что мы не позволяли себе ничего. Не жили, а как будто постоянно откладывали жизнь на что-то. Всегда «на потом». Вот сначала карьера, а потом ребёнок. Вот ипотеку закроем, тогда заживём. Вот сначала в Ашан съездим, а потом в кино. Ты не заметила, что этого «потом» постоянно нет. Как будто оно отодвигается всегда. Разве нет желания поменять местами события? Сначала «потом», а уже после этого – Ашан, ипотека и прочее…
– А Тай – это что? – заполнила паузу Дашка.
– Море, пальмы, вкусные коктейли в цветных стаканчиках с трубочками и зонтиками. Слоны, обезьяны. Просто солнце и песок вместо снега, – пояснил Сергей дочери. – Это то, что иногда не хочется ждать до «потом». «Потом» может и не наступить. Я вас сейчас хочу туда отвезти. Тем более что я немного тут подзаработал.
– Мам, – дочь посмотрела на маму. – Слоников нельзя «на потом»…
Ближе к лету Сергей уже работал в крупной компании руководителем IT-проектов с достойным окладом, который позволил забыть об этом вечном «потом». С такими темпами скоро можно было закрыть ипотеку и начать присматриваться к собственному дому недалеко от города. Дашке осенью уже начинать учёбу, и наличие хорошей школы в коттеджном посёлке было обязательным условием. Сергей очень надеялся, что он успеет проводить её в первый класс.
В суматохе дней Сергей как-то забыл о Лёхе. Поначалу они периодически виделись, и друг был в курсе изменений в его жизни. Лёха шутил, что тюря наконец-то подсохла и начинает проглядываться кремень. Единственное, чего Сергей не говорил ему, так это о своём диагнозе. Но прошёл почти год, и Лёха как-то стал всё реже и реже объявляться. Сначала они созванивались, и Лёха всё ссылался на занятость, а потом вообще исчез. И Сергей, увлёкшись своими заботами, тоже как-то подзабыл о друге. Всё реже и реже он вспоминал о своём диагнозе, но часы в голове тикали. Скоро наступит год, как он услышал приговор.
Накануне своего дня рождения Сергей вспомнил о Лёхе и набрал ему. Со второго раза на том конце ответили.
– Лёх! Привет! Сто лет! У меня завтра днюха. Помнишь? Приезжай.
– Привет, Серёг, – послышался усталый голос друга в трубке. – Я что-то приболел. У тебя всё хорошо?
– Вообще отлично. Так что там с тобой? Давай я приеду к тебе.
В трубке наступила пауза. Затем сопение, как будто Лёха размышлял и не знал, как лучше ответить.
– Я думаю, что теперь можно, – наконец-то сказал он. – Скинь адрес, я машину за тобой отправлю.
– Да я сам доеду. Не беспокойся.
– Проще так. Долго объяснять, куда ехать, да и не хочется. Скинь адрес.
Через час машина была у дома. Миновав город, они снова выехали на трассу и через полчаса, свернув с дороги, подъехали к забору. Охрана открыла ворота и пропустила их внутрь. Возле дома остановились, и человек, открыв дверь, пригласил Сергея проследовать за ним в дом. Прошли сквозь большой холл и поднялись на второй этаж. Возле одной из дверей они остановились. Перед Сергеем открыли дверь и пригласили зайти. Дверь за ним закрылась.
В комнате на большой кровати в окружении приборов и капельниц лежал Лёха. Но уже не тот, которого знал Сергей. Лицо исхудавшее, кости выпирают из кожи. Лёха повернул голову, и видно было, что с большим усилием попытался поприветствовать друга.
– Присаживайся, – усталым голосом пригласил Лёха.
Сергей сел на предложенный стул, но не мог поверить своим глазам. Вроде почти год тому назад они встречались, выпивали, и вот…
– Я тебя тогда обманул. Рак подтвердился, – тяжело выдохнул Лёха.
Сергей тут же вспомнил о своём диагнозе, и где-то внизу живота сразу заболело: «Неужели и меня вот это всё ожидает?»
– Но то, что я тебе сейчас скажу, возможно, немного изменит твоё мнение обо мне. Но это подарок тебе на день рождения, – продолжил он. – Дурацкий, конечно. Я даже не был уверен, что это сработает, но очень надеялся.
– Лёх, – Сергей взял друга за руку. – Я тоже тебя обманул тогда. У меня тоже рак. И мне осталось совсем немного.
– Погоди, – Лёха попытался привстать. – Нет у тебя никакого рака. Я тогда врача попросил тебе это сказать. Он не хотел. Отказывался. Говорил, что так нельзя. Но я столько денег ему дал, что Гиппократ в гробу глаза закрыл на этот случай. Я хотел, чтобы ты жить начал. Ведь мы же не живём, пока нас петух в задницу не клюнет. Существуем. И мой план сработал.
– Как? – Сергей не мог поверить.
– А вот так. Час приближающейся расплаты тебя жить заставил. Ты стал ценить время и жизнь. Ты понял, насколько нам мало, может быть, времени отведено на всё. На всё, чтобы успеть сделать, а не проспать. Вот у тебя Светка, Даша, и у тебя теперь есть ещё время. Я тебе подарил его. Живи для них. Для жены, для дочери, а там, может, ещё кто у вас будет. Для людей. Посмотри на меня. Я умираю. У меня всё в жизни было, но ничего действительно стоящего. Ни жены, ни семьи, ни детей. Мне даже умирать не для кого…