Можно заняться дешевкой, паскудно именуемой hall-test.
Она, пацаны, проста до безобразия.
Берете сотню местных бездельников, загоняете их в арендованный сарай, где понабросано немерено образцов разной рекламы (и фоток, и моделей, и журнальчиков разных интересненьких), и заставляете там попробовать рекламную продукцию на себе, а потом заполнить анкету по интересующим вас вопросом.
Суммарный результат этой шняги даст вам без всякого анализа нужное понятие про то, как какое фуфло надо рекламировать, а какое уже ничем не спасешь и его следует выбросить на свалку.
Таких тестов 4 вида, но один из них (оценочный) — полное говно, поэтому приведу лишь 3:
1) слепой (лейбл продукта и брэнд его производителя стерты);
2) зрячий (они видны);
3) сравнительное (сравнение реклам однородной продукции).
Но это все мелочевка, пацаны. Не впечатляет она. Нам нужна офигительная шняга.
И такая шняга имеется у пашущих на рекламщиков (да и не только на них, но и на самих маркетчиков порой) аналитиков.
Сию залихватскую и по самый останкинский шпиль наиполезнейшую шнягу нынче в России кличут контент-анализом.
Раньше в СССР это звалось кэгэбэшным ситуационным анализом. И активно применялось при тактическом прогнозировании внешнеполитического расклада.
Говорят, среди комитетчиков был дядя, рассчитавший день и час начала ирано-иракской войны за год до ее начала. Этот дядя даже получил от Брежнева госпремию, которой обычно прогнозистов никогда не баловали и баловать больше не будут.
Подобного рода контекстуально-подтекстуальные прореживание текстур пришло в политику и бизнес из внешней разведки.
Когда у резидента нет на содержании достаточного количества нелегалов и агентов, завербованных в богатых секретными сведениями конторах, то он садится за всякие там журнальчики и, листая их эротические глянцевые странички, строчит свои возбужденные мысли в донесении на родину.
Точность контент-анализа, употребляемого для оценки степени зомбированности клиента, не велика. Но зато он позволяет хоть что-то спрогнозировать в насмерть запутанных ситуациях.
Контент-анализ (иногда его обзывают "концептуальным анализом"; по мне — так хоть саперной лопаткой его назови, лишь бы польза от него простому народу светила) в России — это совокупность множества методов поиска истины в информационно-дезинформационном поле Земли.
И не пытайтесь понять эту странную совокупность, исследуя значения таких слов, как "а contents", "а context" или "a content" и всего, что с этим связано. Ничего не поймете.
Но не стоит отчаиваться и подаваться в тунгусские шаманы из-за такого облома.
Я все-таки дам всем страждущим более-менее вразумительную формулировку.
Берите, пацаны, и владейте!
Контент-анализ — это метод качественно-количественного анализа содержания документов с целью выявления или измерения различных фактов и тенденций, отраженных в этих документах.
Особенность контент-анализа состоит в том, что он изучает документы в любом (не только экономическом) аспекте. Да-да, любые текстовы хреновины по любому из алгоритмов (газеты, стенограммы выступлений, материалы анкетирования и пр.).
Главное, чтобы алгоритмы были ясными и относящимися хотя бы каким-то боком к содержанию данных текстов.
Для такого анализа, пацаны, нам нужно определиться с пятью параметрами.
Во-первых, нужна четкая и короткая фиксация поисковой категории (принцип формализации), то есть — вразумительная формулировка вопроса, ответ на который мы ищем.
Мы должны четко представлять себе (а при компьютерной обработке материалов это должна представлять себе и поисковая система), что хотим узнать: дату вступления грузинских отрядов на территорию Абхазии, готовность ростовчан покупать в течение недели исключительно карамель «Ростов-Папа» или степень решительности нового генпрокурора засадить следующего проказливого богатея-губернатора, вдосталь попившего народной кровушки, в тюрягу.
Во-вторых, надо, чтобы материал содержал в себе достаточно информации для анализа (принцип статистической значимости).
При анкетировании тут все всегда в ажуре.
А вот у дипломатов с содержанием информации ситуация — тихий ужас.
Берешь пухлую распечатку двухчасового брифинга — и медленно, но верно сходишь с ума из-за отсутствия там не только нужной тебе информации, но и вообще каких-либо мало-мальски ценных сведений.