- Да? - бросаю свое занятие, ощущая, что впереди у меня тяжёлый разговор. Снова. Уже третий раз за эту неделю. Не порядок.
- Мы с отцом уезжаем на конференцию. Будем поздно вечером.
- Удачи вам в ваших делах, - пытаюсь отделаться уже привычной для меня фишкой, но родительница не спешит говорить нашей беседе "Стоп". А будто, наоборот; только развивает тему, к которой мы ещё не подошли.
- Злата, ты не останешься дома одна... - со стороны звучит глупо и смешно. Восемнадцатилетняя девушка не может побыть дома до вечера в гордом одиночестве. Только вот дело здесь вовсе не в гиперобеспечении меня родителями, а в том, что я бы предпочла забыть, появись у меня такая возможность.
- Возьмёте с собой? - Это еще глупее. Интересно, как они будут оправдываться перед коллегами и заново придумывать нелепые отмазки, в которых я совершенно здорова и достаточно умна?
- Нет, но... Ты отправишься к брату. Вечером папа тебя заберет, - к брату? Это хорошо, но... Почему же так страшно?
- Максим в университете, - не думаю, что мой братец отправился именно туда, но я очень даже уверена в том, что его сейчас нет дома. И вряд ли он там появится в ближайшие двенадцать часов.
- Через час он уже освободится и сможет побыть с тобой, - чувствую себя маленькой, глупой девочкой, за которой нужен постоянный присмотр. Как же мне это всё надоело. Почему люди сами не могут выбирать себе судьбу и дополнение к ней? Я бы уж точно многое поменяла.
- Но мам...
- Полчаса на сборы, - дверь закрывается, а вот сказанное до сих пор на даёт мне покоя. Я поеду к брату... Что же, остаётся лишь надеяться на то, что я больше не увижу этого парня с прекрасным именем "Денис". Или хотя бы смогу нормально смотреть ему в глаза и не бояться быть осужденной.
***
Кого и называть перфекционистом в нашей семье, так это уж точно родительницу. У нее всегда все должно быть по правилам. Будь дело в порядке, готовке, или же во времени... У этой женщины даже секунда всегда должна совпадать с секундой. Мы с Максимом уже далеко не один раз называли родную мать параноиком, правда только когда находились лишь вдвоём. Не думаю, что кто-то из нас осмелился бы сказать это ей в лицо. Пока что мы хотим жить, а не быть жертвоприношением.
- Ну вот и все, до вечера, - отец открывает мне двери и я под видом счастливой сестрички быстро покидаю салон автомобиля, слушая наставления матери и её указы, которые я постараюсь выполнить, но не обещаю, что осилю весь список ее заданий.
- Злата, а где... - прерываю испуг родной мамы пузырьком с белыми таблетками, которые я все это время держала в руках.
- У меня, - заканчиваю я и вижу её спокойное выражение лица. Наверное, родителей можно успокоить лишь тогда, когда ты можешь доказать то, что находишься в полной безопасности и тебе не грозит ничего серьёзного.
- Не забывай, днем и..
- Я помню весь распорядок приема. Родители, мне кажется, или вы уже слегка опаздываете? - смотрю на экран телефона и ловлю себя на том, что впервые в жизни хочу, чтобы родители поскорее оставили меня одну. Каждому человеку нужно время, чтобы многое осмыслить в своей жизни, и я далеко не исключение.
- Ты права, - мама параллельно наблюдает за временем и что-то говорит папе, который лишь кивает и отвечает слишком кротко для серьёзного разговора, - До вечера, котёнок, - отец заводит автомобиль и тут же направляет в сторону, не забывая напоследок пару раз звонко со мною попрощаться.
Вот за что я люблю свою семью. Сумасшествие у нас в крови, и это уже ничем не исправить.
Крепко сжимаю в руке таблетки, вспоминая на самом деле свою сущность, и стараясь задержать в себе слезы, бегу к подъезду, который скроет меня и позволит оставить свой секрет при себе, не показывая его чужим людям.
Хватит. Довольно быть сломленной игрушкой, которая и может только что страдать и жалеть себя. Надоело.
Открываю дверь запасным ключем, который Максим в свое время мне благополучно доверил, и вхожу в квартиру брата, сразу же замечая, что братец со дня моего отъезда в доме не убирал вообще. Ладно готовка, но чем ему уборка-то неизвестна?
Прохожу в свою комнату и солдатиком устраиваюсь на мягкой кровати, позволяя себе окунуться в мир неизведанных мною грёз.
Интересно, я смогу когда-нибудь жить так, как и все? Не боясь, что в любой момент все может испариться и превратиться лишь в обычную пустоту, которая будет сопровождать меня целую вечность? И найдётся ли тот, кто сможет принять меня такой, какая я есть? Не друзья, так обычный знакомый, которому я смогу рассказать все тайны и не беспокоиться о том, что их может узнать кто-то другой. Или все это равно жанру фантастики? Такое же чудное и совсем нереальное для нашей жестокой реальности?