По правде сказать, Вассе были уже совершенно безынтересны эти двадцать процентов, как, впрочем, и весь этот магазин вместе с Маргаритой Порфирьевной. Она уже тысячу раз пожалела, что ввязалась в это дело, но не закончить начатое Вассе мешали ее принципы, поэтому, отсидевшись немного, она решила поскорее закончить с этим раз и навсегда, поскорее завершив весь этот раздел. К тому же она не хотела откладывать в долгий ящик встречу с Германом, к которой давно уже была морально готова благодаря помощи Севы, а встреча с Маргаритой Порфирьевной для нее была лишь простой, хотя и не самой приятной, формальностью.
Васса решила стать инициатором заключительного раунда переговоров и для того, чтобы организовать встречу всех сторон сделала первый звонок.
– Доброе утро, Маргарита Порфирьевна, – как ни в чем не бывало, сказала Васса.
– Ах это ты, – заорала Маргарита Порфирьевна, – нахалка, как ты …
Васса, чтобы не слышать ор Маргариты Порфирьевны, отстранила трубку от уха на короткое время, затем, когда та немного утихла, продолжила:
– Я вижу, вы меня узнали. Это прекрасно, тогда я предлагаю организовать встречу всех сторон, это и в ваших интересах тоже, так как выбора у вас все равно нет.
Васса говорила спокойно, но настолько сухо и жестко, что пыл Маргариты Порфирьевны постепенно ослабевал.
Но у нее еще был порох в пороховницах, и она снова начала кричать:
– Да как у тебя язык поворачивается, говорить такое, какая же ты все-таки бесстыжая.
– Кстати, пользуйтесь моментом, пока он еще поворачивается. А если вы не успокоитесь, то боюсь, у меня вообще пропадет желание им ворочать. Тогда все решения будут приняты без вашего участия. Вы же знаете, что по Уставу нашего общества для принятия любого решения достаточно простого большинства голосов, так, что не упрямьтесь, а скажите когда вам удобно чтобы состоялась наша встреча.
Маргарита Порфирьевна хоть и была женщиной взрывной, но ситуация требовала от нее сдержанности, и она это понимала, ведь улучшить свое положение этим спором с Вассой она была не в состоянии, а вот усугубить запросто.
– Ты бы хоть извинилась, – пошла она напопятную.
– Незачем нам друг перед другом ногами шаркать. Что было то прошло, считайте, что я отдала вам долг. Да, да, Маргарита Порфирьевна. Да будет вам известно, что долг не всегда возвращается деньгами, да и получение долга не всегда бывает приятной процедурой, как вы привыкли, ну да ладно, мне это все уже порядком надоело.
– Я то знаю, Васса, это ты мне за тот иск с арендной платой за аптеку припомнила?
– Ну, раз знаете, так о каких извинениях, тогда говорите? Давайте к делу, завтра с утра вас устроит?
– Я каждый день на месте с девяти утра, как всегда.
– Значит до завтра.
– До завтра, – недовольно пробормотала Маргарита Порфирьевна и бросила трубку.
Следующий звонок был адресован Герману.
Она набрала номер его мобильного телефона и стала дожидаться ответа, любуясь подарком Севы на своей изящной руке. Были слышны длинные гудки, но он почему-то не отвечал. Она не знала, что Герман не отвечал лишь по – тому, что, взглянув на экран мобильного телефона, чтобы узнать, кто звонит, он увидел, что высветилось имя «Васса», и это была для него большая неожиданность, он просто собирался с духом, чтобы ответить ей.
Она уже было хотела положить трубку, как раздался его голос:
– Алло, я вас слушаю.
– Доброе утро, это Васса. Как ваши дела? – спросила Васса, специально снова перейдя на «Вы».
– Доброе, хорошо, как ваши? – спросил он сухо, тоже обратившись к ней на «Вы», полагая, что напоминание ей о том, что они перешли на «Ты» в данный момент будет, как минимум, не уместно.
Кроме того, своей сухостью Герман просто решил прикрыть волнение.
– Вы не заняты? Вам удобно сейчас разговаривать?
– Вполне.
– Я звоню, с предложением встретиться с целью проведения заключительного этапа переговоров для разделения сторон. С Маргаритой Порфирьевной я уже договорилась, – перешла она в ответ на сухость Германа на более официальный язык.
– Я не против.
– Удобно вам завтра с утра?
– Да, вполне.
– Тогда, мы ждем вас завтра в магазине в десять утра, годится?
– Я буду.
– До завтра.
– Всего хорошего.
Васса, собственно, особой любезности от Германа и не ожидала, но и не полагала, что он будет настолько холоден с ней. Не смотря, на то, что она давно распрощалась со своими иллюзиями насчет положительности Германа, она, однако, подумала, о том, что немного сожалеет, что Герман оказался не таким уж положительным, каким она себе его представляла, а таким же, как и большинство мужчин. Однако, ее личное отношение к кому бы то ни было она никогда не переносила на деловые отношения. Ее немного задела чрезмерная холодность Германа. Она снова взглянула на кольцо, украшавшее ее руку и подумала, почему же она так упорно не хочет выходить замуж, ведь Сева, действительно, великолепная партия.