12
— Черт!
Орели Дюбар на мгновение оторвала взгляд от красных огней «мерседеса», мчащегося по автостраде примерно в сотне метров впереди, и повернула голову к напарнику, только что произнесшему это единственное слово.
— Что такое? — спросила она.
— Они направляются к выезду из города. Значит, Вдова едет к Тевеннену, — ответил Тома Миньоль.
— И?..
— Мы не сможем следовать за ней даже на двух машинах — слишком рискованно. Улицы в пригороде сейчас пустые. Нас заметят.
— Как поступим?
Тома размышлял. По мере того как «мерседес» удалялся от центра Парижа, его все сильнее грызли сомнения. Неужели Вдова и впрямь заявится в дом полицейского среди ночи?.. Немыслимо… Разве что дело очень серьезное. Но в таком случае почему Жамель его не предупредил?
Или Вдова ничего не сообщала о своих намерениях, пока не села в машину?..
Тома чувствовал, что теряет контроль над ситуацией. Он боялся сделать серьезный промах, который погубит сегодняшнюю операцию, если не все расследование в целом.
В детстве он показывал некоторые успехи в легкой атлетике, тогда как его приятели в основном отличались в футболе или баскетболе. Не то чтобы тут сыграла свою роль какая-то врожденная предрасположенность, скорее дело было в отцовском жизненном кредо, которое Тома слышал постоянно: «В этой жизни ты можешь рассчитывать только на себя».
Без сомнения, этот принцип помог ему избежать многих опасностей арабского квартала — в частности, вступления в одну из местных банд. Также он способствовал и развитию четкого мышления, умению разграничивать хорошее и плохое, — свойство, которое может обеспечить вам безопасность в тех случаях, когда ее не обеспечивает больше ничто.
Тома не спешил: хотя твердость и четкость были его ценными козырями, они же могли превратиться в помехи в тех случаях, когда прямой доселе путь неожиданно обрастал перекрестками и развилками. Вот почему, по мере того как он размышлял о сложившейся ситуации, ему все меньше хотелось в нее вмешиваться.
— Может быть, это как раз подходящий момент, чтобы застукать его с поличным? — спросила Орели.
Тома не отвечал. Еще через пару минут они выехали за пределы города. «Мерседес» увеличил скорость, и его задние фары почти растворились в тумане.
Тома взял рацию:
— Коньо!
— Да?.. — отозвался сквозь треск помех механический голос подчиненного.
— Мы только что выехали из города. Они, скорее всего, едут к Тевеннену. Будут там минут через пять — семь. Дюбар вам сообщит точный адрес.
— Наши действия?
— Прекратите преследование. Сделайте крюк и доберитесь до места другим путем. Убедитесь, что Вдова действительно там. И ждите дальнейших указаний.
И передал рацию Орели.
— Почему бы не схватить его сейчас? — настойчиво спросила она.
— Нельзя! Во-первых, мы с моим источником так не договаривались. Во-вторых, с чего нам его хватать? Мы даже не знаем, что они с Вдовой собираются делать… Может, просто хотят что-то обсудить. И что тогда? Он запросто отмажется — скажет, что она поставляет ему информацию. В результате мы не только ничего не добьемся, но еще и подставимся. За отсутствием состава преступления. И даже хоть сколько-нибудь серьезных улик.
Орели нехотя кивнула:
— Тогда что делаем сейчас?
Не отвечая, Тома нажал на акселератор.
Они не проехали и двух сотен метров, когда рация снова затрещала, и голос Коньо сообщил:
— У нас проблема.
— Что случилось?
— Мы только что видели машину Тевеннена. Он ехал нам навстречу.
— Что?!
Тома вырвал рацию из рук Орели:
— Вдова с ним?
— Нет. Мы прекратили следовать за ней, как вы и сказали. Сделали крюк и встретили машину Тевеннена. Никаких других машин поблизости не видно. Какие будут указания?
Тома лихорадочно обдумывал неожиданную информацию. Значит, Вдова направлялась к Тевеннену, а он… неужели решил от нее сбежать?
Или они должны были встретиться где-то в условленном месте, недалеко от его дома?
Мысленно он осыпал кузена проклятиями.
— Следуйте за машиной Тевеннена. А я еду к его дому. Надо выяснить, где у них назначена встреча.
Он отложил рацию, стиснул зубы и полностью сосредоточился на дороге.
Орели Дюбар смогла расслышать, как он пробормотал: «Что за черт!..», — но на сей раз предпочла промолчать.
13
— Мам, а куда мы едем?
Шарли не услышала вопроса, полностью поглощенная дорогой. С «БМВ» оказалось непросто управляться, зато он двигался быстро и почти бесшумно. Тревога не покидала Шарли, и она не снимала ноги с педали акселератора. Нельзя было отвлекаться ни на секунду. К тому же, по мере того как они ехали по пустынным улицам, в бледном свете луны, придававшем привычному миру какой-то фантастический оттенок, в ней нарастало пьянящее чувство свободы. Она больше не думала «Я убила Сержа», а только «Серж мертв» и «Я свободна». Конечно, она сознавала, что теперь ей грозит не меньшая опасность, но, впервые за много лет вырвавшись на вольный воздух, испытывала почти эйфорию, стараясь лишь не позволить этому ощущению захлестнуть ее с головой.