— Не смей так говорить, — голос мамы потвердел. — Ее уже нет. Не ругай ее. Там, на небесах, ей будет лучше, если ты будешь вспоминать о ней только хорошее. Боже, я бы все отдала, лишь бы Инга снова могла жить…
Я могу жить… Мама, как же ты права… Я все еще жива. Может, не такая, какой была раньше, может, не в этом мире… Но я жива…
— Будь счастлива, доченька… — прошептала мама и разрыдалась, уткнувшись в плечо отца.
Я больше не могла этого выдерживать. Сердце буквально разрывалось: казалось, душевная боль раздирала меня на куски. Я бросилась обратно, вдоль по ленте, назад. Туда, где был мир проклятой Барбары. В этот раз меня тянуло, будто магнитом.
***
— Она умерла. Эта дура умерла. Как… почему я не умерла?! Она говорила же, что, если не станет одной из нас, мы обе умрем!
— Могу я поинтересоваться… Снились ли вам сны? — спросил Дамблдор.
— В смысле? Разумеется, снились. Как и любому человеку.
— Снились ли сны о жизни Барбары в вашем мире? Хотя бы раз, после того как вы попали сюда.
— М… Только один раз, в первую же ночь. Там я встретила ее. Барбару. Она заявила, что я не смогу вернуться. Что она все сделала так, что я не смогу этого сделать.
— Хм, — Дамблдор задумался, — полагаю, Барбара отрезала связь между вами. Вы ведь мне рассказали, что так называемая «лента» была порвана, верно? Полагаю, Барбара каким-то образом отрезала вашу связь, чтобы вы не смогли вернуться. И она тоже. Она заключила обеих — себя и вас — в ловушки новых тел. И, таким образом, смерть одной из вас, не повлияла бы на вторую. Что, в конечном итоге, и произошло.
Я стукнула кулаком о стену. Увы, удар пришелся по кулаку, и я со слезами взвыла. На костяшках появилась кровь.
Черт тебя возьми, Барбара! Всю жизнь мне уничтожила! Ненавижу!!!
Верни меня назад! Как ты могла просто взять и помереть? Как?! Как ты могла поступить со мной так? Ведь теперь не осталось никакого способа, чтобы я вернулась назад.
Ненавижу, как же я тебя ненавижу!
Если жизнь дает тебе лимоны, делай лимонад
Хогвартс закончился, открыв свои двери для выпускников. В том числе и для меня. Вот только… у меня не было ни малейшей идеи, что делать дальше. Как-то так вышло, что все время до этого у меня была цель: вернуться назад, или хотя бы искать, как это сделать. А теперь цель достигнута, и правда в том, что я не понимала, что мне делать теперь. Как жить теперь. Ради чего.
Как найти новую цель?
Как принять то, что этот мир — теперь мой окончательно и навсегда? И другого больше не будет?
Как понять, кем я буду здесь? Я ведь не понимала. Я и раньше осознавала, что все вокруг реально, но… Но теперь реальность стала еще реальней.
Что я хочу добиться от этого мира? Чего я сама хочу? Как я хочу жить здесь?
Ответа не было. Я даже пристрастилась к бутылке огневиски, так любезно подаренной мне Малфоем на окончание Турнира. Типа молодец, что выжила, ну и подобная любезность. Подарил он мне ее как нельзя вовремя — именно алкоголя мне и не хватало. Я напилась в хлам, заработав на следующее утро такое отвратительное похмелье, что, проблевавшись, только и думала о том, как хорошо иметь свежую голову. Счастье в мелочах, ага…
— Я бы могла вам рассказать о том, как окончательно победить Волдеморта, — сказала я Дамблдору как-то. — В моем мире его история известна каждому.
— Тсс, мисс Уильямс, — Дамблдор приложил палец к губам. — Молчите об этом. Магия обмена относится к запретной темной магии не просто так. Знания, которые вы имеете — запретны для этого мира. Их нельзя никому рассказывать. Иначе… Последствия будут в первую очередь для вас. Мир будет стараться уничтожить опасный элемент… то есть вас.
— Как это? Мир, что, разумный? — хмыкнула я.
— Не совсем, но что-то похожее. А вы для него — опасность, так как знаете будущее. Даже гадалки не имеют права рассказывать о будущем четко и подробно, — сказал Дамблдор. — В ваших же интересах молчать обо всем, что знаете.
— А как же мои действия? Я ведь могу повлиять на будущее не только словами, — например, Кубок трех Волшебников?! Я ведь буквально сместила Седрика с пьедестала!
— Наверное, это трудно понять, но вы сейчас — одновременно — и часть этого мира, как Барбара Уильямс, и опасность, как Инга. Пока вы играете свою роль как Барбара: живете, радуетесь, грустите… Иными словами, делаете все то, что делает обычный человек… все в порядке. Но стоит вам приоткрыть завесу будущего кому-нибудь, вас будет ожидать опасность буквально везде. Любая случайность может вас убить.
Выходит, мне чертовски повезло, что за все это время я никому, чисто по приколу, не рассказала. Хотя могла. Иногда даже шальная мыслишка проскальзывала, но я больше была сконцентрирована на моем возвращении домой.