Глава 3
Бывший сослуживец Лешкиного отца, участковый Николай, постучал к ним домой в 9 часов субботнего утра. Достав из одного кармана мятых штанов целую бутылку водки, из другого наполовину початую, бросив фуражку на стул, хриплым голосом сказал, глядя на отца:
- Наливай.
Заспанный Алёшка, проснувшись от стука неожиданного визитера и став невольным слушателем, немногое понял из разговора изрядно набравшегося Николая и отца, в основном тягостно молчащего, изредка наполняющего два граненых стакана.
Как он выяснил из монолога участкового, мать того мальчика ждала сына к 19. 20. Когда тот не появился в восемь, она ещё не беспокоилась - "Мало ли, катается с горки на портфеле. Ничего, придёт - получит". Но в девять вышла из дома и, дойдя до школы и не найдя на горке никого, поняла - "Беда". Участковый жил на той же улице и отлично знал одноклассника Лёши, поэтому, когда встревоженная женщина пришла к нему и растерянно начала говорить, он без лишних слов оделся и они вдвоем пошли искать мальчишку. Идя по тропинке мимо старой бойлерной на территории ветлечебницы, светя перед собой фонариком, его внимание привлекли следы собак, их было очень много, как будто здесь проходил собачий митинг. Затем, цепочка следов стала уходить в небольшой закуток, между бойлерной и блокгаузом. И тут он наткнулся на детскую варежку, присыпанную снегом. Мать, увидев её зажала рот рукой и глухо произнесла: - Это его.
Пройдя по следам в закуток, милиционер внезапно остановился, будто наткнувшись на стеклянную стену и выключил фонарик.
- Что там ? - едва не уронив его, спросила идущая следом женщина, толкнувшись в спину застывшего как статуя мужчины.
- Что ? Там ? - раздельно, по-слогам тихо произнесла она, меняясь в лице, ставшем некрасивым, даже уродливым. Выхватив из руки участкового фонарик, оттолкнула его, стукнув о стену и нажав кнопку, словно сирена страшно закричала.
Глава 4
Пространство между двумя постройками было похоже на бойню. Кровь на вытоптанном снегу и на стенах, темная как черничное варенье и ярко-алая. Внутренности, раскиданные длинными, рваными червями и кости конечностей обглоданные не до конца, с остатками начавшего замерзать мяса. Клочки одежды перемешались с останками , так что не понятно было - где что. Несмотря на это, мать сразу узнала нетронутый портфель своего сына, отброшенный к дальнему краю стены, лежащий возле веников кустов. Сделав несколько шагов, она упала на колени прямо в жуткое месиво и подняла изорванную в лохмотья детскую шапку. Размазывая кровь по лицу, уткнулась в неё, тоскливо всхлипывая и завывая.
Милиционер, прислонившись к стене и пачкая серую шинель согнулся в приступе рвоты. После дембеля, отслужив сверхсрочную в Афгане, он видел оторванные минами ноги с торчащими из сапогов костями, отрезанные духами головы своих друзей, попавших в плен. Но то, что предстало перед ним в занесенном снегом закутке, было сделано чьей-то большой сломавшейся электромясорубкой, разлетевшейся на части вместе с содержимым.
Вытирая рукавом остатки пахнущей кислой изжогой рвоты, он наконец взял себя в руки и оглядел, подсвечивая фонариком ужасное место. Что-то лишнее было среди затоптанной каши творившейся вокруг.
Пересказывавший услышанные от пьяного участкового такие подробности Лёшка, достоверность которых была явно приукрашена его фантазией, не упустил две детали, которые опровергли версию нападения стаи бродячих собак, растерзавших мальчика, выдвинутую им. Странная, не замерзающая на морозе слизь, потёки и пятна которой попадались среди крови и ошметков, похожая на свежий мёд не вписывалась в ужасную картину, написанную безумным художником.
Потрогав пальцем и поднеся к носу тягучую субстанцию, воняющую собачьим дерьмом и хурмой, участковый с отвращением обтер его о стену. Собравшись подойти к матери ребенка и поднять её с колен, он вдруг понял, что она замолчав, смотрит в сторону голых кустов, отпустив окровавленную шапку. Среди веток, чёрными нитями растущих из снега светились два зелёных огонька, злобно буравящие их обоих.
Глава 5
Не мигая, размерами с рублёвые монеты того времени, они стали светиться ярче и ярче. И одновременно раздался всё нарастающий звук, напоминающий гудение силового трансформатора, перерастая в рычание большого рассерженного зверя. Оцепеневшие, мужчина и женщина, словно загипнотизированные не могли двинуться с места с застрявшим в горле, рвущимся наружу криком. Первой очнулась женщина. С воплем: - Ссу-у-ука ! Ты убил моего мальчика ! - она начала вставать с колен, колготки на которых были мокрыми от снега и крови. От этого крика Николай, как от команды: "Р-р-ро-ота, подъё-ё-ём !" проснулся от затягивавшего в омут сна и вспомнил навыки, вбитые в горах чужой страны. Расстегнув на ходу кобуру табельного ПМ, он кинулся к ней, передергивая затвор. Обхватив одной рукой под грудью, потащил её упирающуюся, назад. Другой, не целясь стрелял и стрелял в зелёные зрачки и на рык неведомого существа.
Как рассказывал участковый, хоть он и не снайпер, но промахнуться с расстояния метров семи по тому здоровенному псу, что сидел в кустах, он не мог. Тем более странно было отсутствие крови и тела животного на том месте, кроме свежих капель той же жёлтой слизи. Но сомнений в том, что именно эта псина сожрала бедного мальчонку у него не было. Как не было и результатов от организованной час спустя облавы при помощи тех, у кого имелся охотничий билет и ружьё. Охотники, состоящие на учёте у участкового, по его просьбе прочесали кварталы, прилегающие к ветлечебнице в поисках большого животного, возможно волка, неведомо как забредшего в город и растерзавшего ребенка. Но кроме нескольких собак породы двортерьер, измазанных какой-то гадостью они никого не обнаружили.
В конце рассказа, перед тем как свалиться утомленным ночными событиями и выпитой водкой со стула, он стукнув по столу кулаком, прорычал:
- Будь я проклят, но то что я видел там, не могла сделать обычная собака !
После чего, его тут же уложили спать прямо в одежде на матрас, постеленный на полу в единственной комнате. И изредка вздрагивая и всхрапывая, он забылся тяжким сном.