-- Серёга ! -- раздался сзади знакомый бас. Отец, поперхнувшись и едва не обрызгав маму и меня, обернулся от хлопка по плечу тяжеленной лапой. Широко улыбаясь, дядя Миша, оправдывая своё имя, протягивал ему огромную ручищу, покрытую чёрными то ли волосами, то ли мехом. Здоровый как медведь и такой же мохнатый, отчего прическа походила на кудрявую шапку, дядя радостно скалился рядами белых зубов, словно собирался сожрать нас.
-- О ! Михаил ! Ты чего давно к нам не заходишь ? Сашка, вон, скучает по тебе, -- отец подмигнул мне и утопил свою ладонь в крепком рукопожатии.
-- Сашка то ? Кажись он больше по подаркам скучает, -- зарычал от смеха дядя Миша. Мне тут же вспомнилась жёлтая спортивная машина с черными полосами на крыше и дистанционным управлением на проводе, которую он вручил мне зимой. Ввалившись без предупреждения в облаках пара и в бобровой шапке, топая валенками и тряся снегом во все стороны, дядя Миша, приехавший с севера, покорил меня своей звериной, грубой и весёлой простотой, а главное -- подарком, привезённым из Москвы проездом. Огромный хищный автомобиль со сдвоенными горящими фарами и открывающимися дверями и капотом, был невозможным чудом, по недоразумению и попустительству госпожи Удачи случайно доставшимся мне. Я весь вечер, пока мать не отобрала машину, наслаждался бешеной ездой по всей квартире, натыкаясь иногда на ноги сидевших за накрытым столом родителей и виновника, нет -- волшебника торжества. Я полюбил его, как большущего плюшевого медведя, громкоголосого и сильного. Жизнерадостный и щедрый, он всегда был желанным гостем в нашем доме. Да, и насчёт подарков -- тут он прав. Подарки он привозил недешевые, но и бывал он редко, в основном мотаясь по северам. Поэтому нам всем он был дорог.
В общем, встреча родственников происходила не отходя от газ автоматов, и видимо грозила перерасти в вечерние посиделки у нас, что наводило на грустные мысли. Во-первых, дядя явно без подарка. Во-вторых, поход в Летний Сад с поеданием пломбира из деревянного ящика может накрыться медным тазом, чему не рада и мама, почуявшая что семейный отдых исчезает в расплавленном мареве и оживлённом разговоре двух больших мальчишек, забывших про нас. И в-третьих, мне стало скучно, так как взрослые разговоры неитересны, как и газеты. Такие же чёрно-белые и без цветных картинок. Поэтому я стал изучать ближайшие окрестности в поисках чего-нибудь интересного и приключенческого, на что надежды было мало. Ну какие приключения могут быть в центре города ? Разве что смотреть как от автовокзала отъезжают разнокалиберные автобусы, оставляя за собой черные и синие тучи дыма. ПАЗы, ЛАЗы и -- красивые и большие как локомотивы -- красные Икарусы, с грацией теплохода переваливающиеся на волнах расплавленного асфальта отходящие в дальнее плавание в далёкий Сарапул, Глазов и другие далёкие порты, манящие как Парамарибо и Гавайи.
Искал ? Ну что ж. Кто ищет, тот всегда найдет. Я это понял, когда повернув за дощатое строение за автоматами, до моих ушей донесся из ближайших кустов наглый и противный голос, что-то требующий у другого -- писклявого и жалобного, но тем не менее знакомого, как свои носки.
Блин, да это ж -- Коська Мастрюков ! А что он там делает в кустах ? И чей это циничный и неприятный голос ? Такой неприятный и толкающий -- как асфальт в лоб. Как вода в нос, когда ныряешь. Как бор-машина во рту. Как ржавый гвоздь сквозь подошву резинового сапога. Как Ромка Симаков после уроков за углом школы.
Ромка ! Мой одноклассник и извечный противник и мучитель. Так вот это чей голос ! Чёртов хулиган с повадками енота. Жёванный енот ! Вот кто там докопался до моего другана ! Хлипкого и вечно в соплях, трусоватого(пока не зажмут в угол, то держись), постоянно ноющего и плачущего(когда мать загоняет домой), но другана ! Что же делать ? Попытаться выяснить, что там происходит ? Это ведь Костян, мой друг, сосед и соучастник наших проказ. Я просто обязан отбить его у этого гада ! Боязнь перед более крепким и высоким одноклассником после недолгих, но мучительных раздумий была побеждена аргументом, что друзей не бросают. И если получу пару раз по морде, то так надо. Когда-то ведь придется получать. Не сегодня, так в следующем месяце точно, он со своей шайкой заловит меня после уроков и отколошматит за углом школы, где они постоянно курят свои вонючие сигареты и караулят какого-нибудь малявку на предмет денег на те же сигареты.
Раздвигая пыльные ветки с сухими шуршащими листьями, я на ходу придумывал слова и фразы, которыми буду отбиваться от гнусного и рвотного "базара" этой скотины. А уж эта мразь умеет давить тебя даже до начала драки так, что превращаешься в трясущийся, беспомощный студень, желая лишь чтоб он оставил тебя в покое. Ступив по хрустнувшим осколкам битых бутылок, я окунулся в тенистый зелёный полумрак деревьев, нависших как крыша и образовывающих закуток, в котором местные алкаши частенько скрываются от милиции, тихонько выпивая всякое пойло из клея БФ, и закусывая кислыми дикими яблочками, висящими прямо перед лицом в самом центре города.
От звука моих шагов голоса смолкли. Но лишь на несколько секунд. Привыкшие к свету глаза не сразу, но очень быстро адаптировались и обстановка прояснилась. Внезапно я понял -- Ромка не один, а с компанией. И компания эта была знакомая и совсем не сулящая благоприятного исхода событий. Рядом с Симаковым, держащим перед собой Коську за рубашку с оторванными пуговицами, стоял с занесенной для подзатыльника рукой ухмыляющийся Сережка Крылов -- дружок Ромки из нашего же класса. Небольшого роста, скуластый и щуплый белобрысый красавчик, на которого многие девочки в классе поглядывали заинтересованно. "Не хватает только главаря". -- только я так подумал, как тут же об этом пожалел. Третий член этой гопницкой шайки сидел в паре метров от допрашивающих на отполированном сотнями задниц стволе сломанного дерева, и курил папиросу, с грацией льва лениво следя за усилиями товарищей.