— Будете стоять как столбы — точно заболеете! Приступайте! Трите друг друга!
— Как?
— А вот так, — сто тринадцатый подошел к сто восемнадцатому и стал натирать его снегом. Тот в голос заорал. Остальные тоже стали натирать другу друга вопя во все горло.
В это время, в пещере, девушки закончили свои гигиенические процедуры. Услышав крики ребят, сто двенадцатая выглянула на улицу, а потом позвала всех остальных. Девушки сгрудились у входа и смотрели как ребята натирают друг друга снегом.
— Девчонки, — сказала сто двадцатая, — смотрите какой у нас сто тринадцатый! Какой он мускулистый!
— Смотрите, он весь в шрамах! Откуда они у него?
— Ни грамма жира!
— Интересно, а как он в постели?
— Наверное, молчит все время! — и девушки дружно засмеялись.
— Девушки! Немедленно прекрати! — скомандовала капитан. — У нас военный отряд, а не женское общежитие!
— Извините, госпожа капитан! А Вам нравится сто тринадцатый? Он так Вас обнимал, когда вы вместе спали, — прыснула сто двадцатая.
Лиза поняла, что нужно все перевести немедленно в шутку, иначе сплетен не избежать. Она широко улыбнулась и сказала: — Конечно нравится! Он такой… — она замолчала на секунду и все девушки навострили сразу уши, — он такой теплый! — с хитрой улыбкой закончила она. Девчонки покатились со смеху.
— Все! — Лиза хлопнула в ладоши. — Заканчиваем и убираем все. Ребята там сейчас замерзнут!
Девушки быстро навели порядок и позвали парней. Те, довольные и все красные после растирания, вернулись в пещеру. Девушки быстро стали готовить завтрак.
Лиза обратилась к Юрию:
— Сто тринадцатый, выйдем. Нужно поговорить!
Они оба поднялись и вышли из пещеры. Все остальные с любопытством наблюдали за ними. Отойдя на приличное расстояние, чтобы их не подслушали, Лиза развернулась лицом к Юрию и с тревогой спросила:
— Юра! Что случилось? Тебя как будто подменили. Я что-то сделала не так? Я проспала свое дежурство? Но ты меня сам не разбудил! Извини, тебе пришлось два часа дежурить!
Ее заместитель, насупившись, молчал, а потом выдавил из себя:
— Причем тут дежурство вообще? Кто такой Марк?
— Какой Марк? Причем тут Марк? — искренне удивилась девушка.
— Когда я поправлял тебе плащ, ты пробормотала сквозь сон: «Марк не балуйся». А говорила, что у тебя не было ребят. Если наша дружба начинается с обмана, то ничего хорошего из нее не выйдет. Хотя, наверное, чего церемониться с мусорщиком, — с грустью произнес он.
Бах! По его щеке прилетела пощечина. Перед ним стояла разъяренная Лиза, а из пещеры выглядывали любопытные курсанты.
— Видели?
— Она его ударила по лицу!
— Не ударила, а дала пощечину.
— Какая разница?
— Дурак ты, огромная!
— И в чем она состоит?
— Бьют тех кто тебе безразличен! А пощечину дают тем, к кому ты не равнодушен!
— Надо же, какие тонкости!
Потирая щеку, Юрий с недоумением смотрел на наступающую на него разгневанную Лизу.
— Рукоприкладство запрещено Уставом, госпожа капитан, — ошарашенно сказал он.
— Я тебя без всякого Устава пристрелю, если будешь обо мне такие гадости думать.
— А что я должен думать?
— Все что хочешь! Но не то, что я гулящая девка и напыщенная самомнением стерва!
— Я не говорил такого! Просто спросил, кто такой Марк!
— Ага! Просто он спросил! А про мусорщика, ты тоже просто так добавил? Так вот слушай. Я росла в приемной семье. Там у меня был названый братик — Марк! Ему было три года, и он все время прибегал ко мне по ночам, и залезал под одеяло, потому что боялся темноты! Эх ты! Я думала, что у меня появился настоящий друг! Видеть тебя больше не хочу! — и она, развернувшись, направилась в пещеру. Вид у нее был такой, что никто не посмел задать ей ни одного вопроса.
Через пять минут вернулся хмурый сто тринадцатый. Все стали молча завтракать. Каждого сжигало любопытство, за что это капитан, собственноручно, залепила затрещину сто тринадцатому.
— Госпожа капитан, разрешите сделать объявление? — обратился он к Лизе.
— Делайте что хотите, — буркнула она, глядя в одну точку.
— Бойцы! — начал заместитель командира отряда. — Вчера ночью, нами — мною и капитаном — был обнаружен, пойман и допрошен вражеский шпион, который следил за нами.
По членам отряда прошел недоуменный и встревоженный гул. Все стали переглядываться.
— А почему вы нам раньше не сказали об этом? — спросил геолог.
— Если бы мы вам об этом сказали вчера, это ничего не изменило бы, но все вы не выспались бы это точно. А нам сегодня предстоит большой бросок, — пояснил сто тринадцатый.
В это время сто двадцатая ткнула локтем сто двадцать первого, который за ней ухаживал.