от командира первого взвода, Генри Симпла.
Я Генри Симпл, настоящим сообщаю обстоятельства происшествия произошедшего прошлой ночью в казарме вверенного мне взвода. После опроса пострадавших и свидетелей, а так же просмотра записей с камер видеонаблюдения, было установлено следующее:
В двадцать часов пятнадцать минут, в комнате для личной гигиены, произошел словесный конфликт между рядовым Юрием Сорокиным и группой из восьми рядовых, список которых я прилагаю к рапорту. Со слов рядового Джексона, который был свидетелем этой сцены, данная группа требовала от Сорокина, который только вернулся из госпиталя, постирать их личные вещи, на что получили от Сорокина отказ в грубой нецензурной форме.
Неформальный лидер это группы рядовой Краузе, сын князя Краузе из Министерства Финансов, пригрозил рядовому Сорокину последствиями, как прошлый раз. На основании этого, подозреваю, что попадание Сорокина в госпиталь было не следствием падения с лестницы, как указано в официальной версии.
Сорокин вторично в грубой форме заявил, что не будет выполнять незаконные распоряжения таких же рядовых, как и он сам.
По словам Джексона, все члены группы нехорошо усмехнулись и покинули санитарную комнату. Джексон подошел к Сорокину и предложил ему обратится к вышестоящему руководству, на что Сорокин ответил, что стукачом не был и не будет.
После отбоя, примерно в двадцать три часа двадцать минут, Джексон увидел как все члены этой группы тихо встали со своих коек, вынули из-под матраца палки, которые, как потом выяснилось, были обрезанными деревянными черенками лопат. Они подошли к койке, где спал Сорокин, встали по четыре человека с каждой стороны, и стали наносить удары палками по спящему рядовому. Слова Джексона подтверждаются данными видеокамер наблюдения…»
— Восемь с палками на одного спящего? Это мерзкое и недостойное поведения для благородных господ! — с отвращением произнес Император. — Это вообще пахнет трибуналом.
Полностью согласен с Вами, Ваше Высочество, это совершенно недопустимо! — согласился генерал. — Я продолжу, с Вашего позволения:
«…через несколько минут после начала избиения, члены этой группы вдруг стали один за другим — с криками ‐ падать на пол. Когда они все попадали, из-под койки вылез рядовой Сорокин, который, как оказалось, был все время там. Он схватил две палки и с криком: — Тревога! Нападение бандитов на казарму! — стал избивать палками лежащих в темноте остальных рядовых.
Когда включили свет и увидели что это были солдаты его взвода, он прекратил избиение. Прибежавшие сержанты задержали Сорокина, а всех нападавших отвели в медицинскую часть. Оказалось, что кроме побоев от палок, у них были обнаружены порезы на ногах.
При допросе Сорокин показал, что ждал нападения на него нанятых отцом убитого им на отборочных испытаниях кандидата. Он утверждал, что уже один раз подвергся такому нападению ранее, и только вмешательство сопровождающих его к месту службы штурмовиков спасло ему тогда жизнь.
Так как, этот отец был очень влиятельным криминальным руководителем, а сам Сорокин только вернулся из госпиталя, то он ожидал нападения в этот или ближайшие дни. Поэтому, он решил спать под кроватью, как привык на родной планете, и приготовиться к самообороне, заточив пластиковый нож.
Поэтому, услышав звуки ударов палками по своей койке и увидев стоящие возле нее ноги восьми человек, он решил, что это нанятые главой мафии бандиты. Он порезал им ноги, и, выскочив из-под кровати, схватил палки и стал обезвреживать нападавших.
Прошу Вас, господин капитан, вынести соответствующее решение по данному вопросу.
Командир первого взвода, Генри Симпл».
Генерал прекратил читать и посмотрел на Императора.
— Большей чуши, чем это объяснение «Хамелеона», я в жизни не слышал, — рассмеялся тот, — однако, какой молодец. Проучил-таки этих негодяев. Только не говорите, что ему поверили! И чем все закончилось?
— Поверили! Эта версия всех устроила! Он так их отделал, что их комиссовали по состоянию здоровья.
— И что? Никто не поднимал шума? Чем объяснили эти негодяи нападение на спящего товарища?
— Ничем. В деле вообще нет их объяснений. А какой шум? Чтобы выяснилось, что они шли его избивать палками восемь на одного? Это было бы гораздо больше, чем побои. Это позор и бесчестье! — ответил генерал.
— После такой экзекуции, я думаю, больше никто не просил «Хамелеона» стирать свое белье или чистить берцы! — улыбнулся Император.
— Так точно, Ваше Величество!
— Давайте дальше.