...Ни с чем не сравнимая, трагическая картина: люди утратили последние признаки человеческого разума...
...На искалеченных людей хлынули черные потоки дождя. Потом ветер принес удушающий смрад...»
Так свершилось ужасное преступление. Атомная бомба, сброшенная на Хиросиму, была изготовлена из урана-235.
Прошло три дня. 9 августа та же участь постигла другой большой японский город — Нагасаки. Бомба, сброшенная на этот город, была из плутония. Так цепная реакция, впервые осуществленная Энрико Ферми, по воле бесчеловечной американской военщины свершила свое черное дело.
И вот результат взрыва первой бомбы:
78 150 убитых,
13 983 пропавших без вести,
9 428 тяжелораненых,
27 997 легкораненых.
Но этим не исчерпывается список пострадавших. Прошло более 16 лет после взрывов атомных бомб в Хиросиме и Нагасаки. Но до сих пор в Японии умирают люди от страшной лучевой болезни. Тысячи японцев унесла в могилу эта болезнь. Многие навсегда остались калеками, жертвами радиоактивного излучения, возникающего при взрыве.
«Охотники за головами»
Когда летом 1944 г. войска союзников высадились во Франции, среди офицеров американских войск изредка встречались такие, у которых на левом рукаве была загадочная нашивка: белая греческая буква а (альфа), перечеркнутая красной стрелой. Деятельность этих офицеров была также загадочной. У них не было в подчинении солдат, они не участвовали в боевых операциях, но всегда держались поближе к передовым частям, особенно к тем, которые вели бои за крупные промышленные центры или в местах, где располагались немецкие научные учреждения.
Эти офицеры появлялись вслед за передовыми американскими частями, и первое, что они делали,—набирали воду из всех естественных водоемов в бутылки, тщательно их запечатывали, приклеивали этикетки с точным указанием места взятия воды и затем срочно эти бутылки куда-то отправляли. Когда на занятой территории оказывалось какое-либо научное учреждение, таинственные офицеры прежде всего стремились добыть списки сотрудников этого учреждения.
Это были офицеры особо секретного американского подразделения «Алсос» или «Охотники за головами». В его задачу входило следить за достижениями ядерной физики в гитлеровской Германии, устанавливать наличие атомных центров (поэтому, в частности, и брались пробы воды из водоемов с целью проверки этой воды на радиоактивность), а главное — находить и отправлять в США немецких ученых-физиков, захватывать документы и материалы.
Создание такого подразделения отражало беспокойство и опасения американских генералов, что немецкие ученые далеко продвинулись в работах по созданию атомного оружия.
Американские ученые, работавшие над проектом атомной бомбы, также опасались германских успехов в ядерной физике. В декабре 1942 г., когда работы по Манхеттенскому проекту были сосредоточены в основном в Чикаго, среди ученых распространился слух, что в рождественские дни Германия предпримет бомбардировку именно их города. Утверждалось также, что эти бомбы будут не обычные, а начиненные радиоактивной пылью, которая сделает невозможной жизнь людей в городе. Слухи были настолько упорны, что некоторые ученые стали спешно вывозить свои семьи из города, а командование гарнизона снабдило воинские подразделения приборами для обнаружения радиоактивности.
Опасения, вызванные предполагаемыми успехами Германии в области ядерных исследований, не были лишены некоторого основания, хотя и сильно преувеличивались. В действительности дело обстояло так.
Тщетные усилия
Сразу после оккупации Чехословакии в 1938 г. Германия прекратила продажу чешской урановой руды. В 1942 г. в Германии был создан государственный комитет по контролю за исследованиями урана. Известные физики Отто Ган и Фридрих Штрассман продолжали работы по ядерной физике, и им создали необходимые условия для исследований.
Однако, как потом узнали, немецкие ученые значительно отставали от американских. Это объяснялось двумя причинами.
Первая заключалась в том, что «теория» расового превосходства арийцев, культивируемая Гитлером, разнузданный антисемитизм, преследования и физическое уничтожение всех тех, кто не был активным сторонником фашизма, привели к тому, что большое число видных немецких ученых бежало из Германии. Главным для фашизма был не талант и знания человека, а его приверженность к идеям фашизма и соответствие «арийским стандартам». Характерно, что в список «великих людей науки», изданный в гитлеровской Германии, например, не вошел Вильгельм Рентген только потому, что он иронически относился к идее «Великой Германии». В этот список также не были включены, например, Резерфорд, Мечников, Пьер и Мария Кюри.