Зачем они это сделали?
Но как ни спешили ученые-эмигранты во главе с Ферми, занятые работами по грандиозному Манхеттенскому проекту, создать оружие против Гитлера, они опоздали. Советский народ, ведя фактически один на один героическую борьбу против гитлеровской Германии, сломал хребет фашистскому зверю. Германия капитулировала. Народы мира праздновали победу.
Но не радовались этому американские генералы, вдохновлявшие работы по созданию атомной бомбы. Им не терпелось ее проверить на практике. В июле 1945 г. в США в пустыне Нью-Мексико, недалеко от местечка Аламаг-ордо, было произведено первое испытание атомной бомбы. Испытание показало, что бомба обладает огромной разрушительной силой. Но как быть, ведь война с Германией кончилась? Остается Япония.
Особенно неистовствовал генерал Гровс — непосредственный административный руководитель работ по созданию атомной бомбы. Ведь бомба, можно сказать, его детище. Он делал все возможное, чтобы доказать необходимость применения бомбы против японского народа. Американские генералы и военный министр Стимсон также настаивали на использовании атомного оружия. Они рассчитывали, что демонстрация разрушительного действия атомной бомбы позволила бы устрашить народы военной мощью Америки. Позволила бы шантажировать народы угрозой применения этого оружия, если народы пожелают устраивать послевоенную жизнь не так, как хочется американским милитаристам. Демонстрация этого оружия, по расчетам правительства Трумэна, помогла бы устрашить Советский Союз и уменьшить его международный авторитет, который необычайно возрос в результате героической борьбы советского народа против гитлеровской Германии. Атомное оружие, как надеялись американские монополисты, помогло бы им осуществить мечты о мировом господстве Америки. Так было положено начало холодной войне.
И правительство Трумэна приняло решение сбросить две единственные имевшиеся атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. К чему это привело, мы уже знаем. В огненном смерче погибли тысячи ни в чем не повинных людей.
Военной необходимости в этом не было никакой. Не в Хиросиме и Нагасаки решалась судьба войны. К тому же бомбы были сброшены на жилые кварталы города. Судьба войны с Японией решалась в эти дни на полях и сопках Манчжурии, где советские армии, верные союзническому долгу, в течение нескольких дней разгромили отборную Квантунскую армию Японии. Даже сами американские генералы признавали за Советской Армией решающую роль в разгроме Японии: «Вступление Советского Союза в войну против Японии явилось решающим фактором, ускорившим окончание войны на Тихом океане, что произошло бы даже в том случае, если бы не были применены атомные бомбы»,— заявил американский генерал-майор Ченнолт. Бомбы были сброшены прежде, чем Япония ответила на Потсдамский ультиматум. К тому же в те дни идея капитуляции получила широкое распространение в Японии; за капитуляцию выступали многие высокопоставленные лица в Японии, и она, в сущности, была вопросом нескольких дней.
Наиболее гуманные американские ученые, создавшие это оружие, испытывали чувство вины. Не такого финала своей напряженной работы они ожидали. За несколько месяцев до того, как было совершено это ужасное преступление, уже после окончания войны с Германией, в июне 1945 г. в специальном письме на имя военного министра США они призывали американское правительство не применять это оружие. Ученые писали тогда, что если Соединенные Штаты Америки окажутся первыми, кто применит это новое средство слепого уничтожения, они потеряют поддержку мирового общественного мнения. Но правительство Трумэна не прислушалось к их голосу. Бомбы были сброшены. «Мы это сделали,— сказал президент Трумэн до радио,— и мы повторим это, если понадобится...»
Как-то раз...
...Офицеры американского подразделения «Алсос», охотившиеся за немецкими физиками, захватили в Бремене одного чело века, якобы «известного немецкого ученого-атомника». Его перевезли в США и подвергли усиленному допросу. Допрос велся с целью проверки его знаний в области ядерной физики В противоположность другим немецким ученым, захваченным американцами в Германии, этот человек отказывался сообщить что-либо о работах по ядерной физике в Германии. В то же время он упорно твердил, что он портной. Его упорство озадачило допрашивавших. Наконец кто-то догадался дать ему иголку с ниткой. Высокое искусство ремонта рубашек и брюк, показанное этим «известным ученым-атомником», заставило усомниться допрашивающих в том, что перед ними ученый. В конце концов выяснилось, что этот человек просто носит имя и фамилию действительно известного немецкого ученого-атомника Паскуаля Йордана.