Глаша плачет.
(Вот она, Счастливая Лотерея.)
Холодный барак. Тусклый свет. Испуганные люди в ватных телогрейках набиты так, что смешивается дыхание.
- Тургер Джон, номер 1653/42 - под опеку Аткинсона.
- Тюлькин Лев, номер 1654/42 - под опеку Хопкингса.
- Тялов Пабло, номер 1655/42 - под опеку Клайсона.
(Вот они, добровольцы.)
Благодаря отчётам Десятова я уже начал подозревать что-то подобное, но одно дело - знать, а другое - видеть и чувствовать напрямую. Хотелось выспросить у Тюлькина всё, но времени катастрофически не хватало.
Краем глаза я заметил вверху яркие точки. Они стремительно приближались. Хопкингс послал десант.
Засуетились добкинцы и кинулись в очередную атаку. Ещё бы! Это был их последний шанс доказать свою полезность, а, возможно, и шантажировать адмирала. Лев сосредоточился, отбивая атаки. Ментальное общение прервалось. Я расслабился и хлебнул целебной водички.
И вдруг Тюлькин швырнул мне фигурку.
- БЕГИ!
Я оторопел. Артефакт ещё кружился в полёте, а я никак не мог понять, почему резидент повстанцев, пусть бывший, решил расстаться с такой ценностью. Ведь обладатель артефакта мог - я всё ещё верил - переменить судьбу народов, планет, всей человеческой цивилизации. Например, изменить биохимию так, чтобы питаться песком и камнями, и это сняло бы продовольственную проблему раз и навсегда. Или модифицировать кожу, чтобы поглощать солнечный свет напрямую, как растения. Или приспособить человека для жизни на планетах с высокой гравитацией. Да мало ли что можно сотворить, имея в руках такой инструмент! Что будет стоить земной Союз, отягощённый устаревшей биологией, среди миллиона высокоразвитых планет человека-супер?! Ноль без палочки.
Статуэтка оказалась у меня в руках. Как баскетболист в замедленном повторе, я развернулся по направлению к челноку и побежал. Кому-то способ движения мог показаться странным, но он идеально подходил для условий малой гравитации. Я действовал автоматически, спасибо выучке в лагере подготовки.
Согнуться почти до земли. Оттолкнуться ногами, отправляя себя в полёт параллельно поверхности. Затем руками, ускоряясь и корректируя направление. И снова толчок ногами. Способ напоминал бег четвероногих или подводное плавание, но имел особенности. Первое - нельзя забывать об инерции, о возможных столкновениях с выступами породы, что чревато ушибами и разрывом скафандра, поэтому следует держать между телом и поверхностью достаточный зазор. Второе - нужно всегда видеть цель, конечную точку. Третье - не делать резких рывков, иначе можно потерять всё преимущество такого полёта-бега, отправившись в затяжной прыжок. И четвёртое - следует вовремя затормозить... Ай. Ай-ай... Ой...
В момент моего столкновения с кораблём задрожала земля. Боевой десант Санитарной Службы высадился на астероид.
Со всей возможной поспешностью я ввалился в челнок и включил экран. Пока я настраивал ракурс, десантники успели опустить аппарели, по которым беззвучно скатились на грунт две боевые машины "Возмездие" серии 34Б, что составляло треть всего арсенала боевых машин моего, теперь уже бывшего, флота. Хопкингс не стал миндальничать. "Возмездие" оснащена вакуум-пробойником класса С, то есть с одного удара дырявит стальную плиту толщиной четыре метра. Захват и ведение цели поддерживается встроенным компьютером. Кроме пробойника, у "Возмездия" есть боковые дюзы, которые могут работать как прыжково-маневровые двигатели при малой или отсутствии гравитации (да, тот самый случай), так и в режиме огнемётов. На башенке расположены турели лазеров и атомные гранатомёты. Встроенный аккумулятор способен поддерживать непрерывное истечение плазмы в течение часа. Этого достаточно, чтобы уклоняться от попадания орбитальным оружием. Мы так и называли её - Блоха. Захватить боемашину не удавалось ещё никому.
Внутри челнок опять зарос плесневыми декорациями. Я отцепил статуэтку от пояса, открыл гроб с Десятовым и вложил фигурку мертвецу в руки, чтобы не потерялась. Подручные Добкинса пошли в самоубийственную атаку, непрерывно паля из всего наличного оружия. Тюлькин двумя каскадами молний пригвоздил их к земле, но тут в бой вступил десант.
7
Бойцы рассыпались дугой, окружая челнок и Тюлькина. Через равные промежутки в грунт вбивали штанги энергозащиты. Если удасться замкнуть кольцо, то мы окажемся в прямом смысле под колпаком, откуда с ресурсами десятовской мошки не выбраться.
Десантники вели стрельбу по Тюлькину из РВП, ручных вакуум-пробойников. В отличие от лазеров и плазменных резаков, пробой вакуума не нёс в себе ни кинетической, ни тепловой, ни электромагнитной энергии и потому не поддавался манипулированию талантом Тюлькина. Он мог только защищаться. Рудокоп формировал из подножного грунта сверхпрочные куски породы и отгораживал себя стеной из прессованного песка. Выщербины, наносимые РВП, заделывались с потрясающей быстротой. Я видел сбоку, только кусочек, но зрелище впечатляло. На астероиде, никогда не имевшем атмосферы, бушевал торнадо, лепя из мелких камней непробиваемую башню.