- Попить нет ничего? - спросил я. - А то в горле ком какой-то.
Отросток дерева завозился, выполз наружу, я вздохнул с облегчением. Старичок вышел из транса, постучал своей палкой по голове, потом по дереву, сплюнул на землю и отплыл вместе с охраной. Наверное, он и был Гхур-Тург Про-какой-то. Не с деревом же мы разговаривали.
Я показал пальцем в открытый рот и вообразил поток льющейся жидкости. Рептилоиды переглянулись. Один нагнулся к воде, похлебал немного и выжидательно уставился на меня.
Фу, они пьют болотную воду! Как же им объяснить, что я не могу утолять жажду подобным образом? Я отрицательно помотал головой. Потом показал себя со вздувшимся животом.
- Чего ты кривляешься? Видишь же, что ничего не выходит. Иди дерево обними, - посоветовал Тюлькин.
Дельная мысль. Я подошёл к дереву, сел, обхватил ствол руками. Тюлькин тоже коснулся хвостом коры. Напротив сел один из аборигенов. Деревце ожило и ко мне потянулся отросток. Я заметил, что и к моему собеседнику тоже двинулась ветка. Он спокойно заглотнул ее. Я тоже раскрыл рот. Странный способ, но если только так можно получить питьё и еду, то выбора нет.
Я попросил Тюлькина помолчать и дать возможность вести переговоры в спокойной обстановке. Особенно я упирал на то, что алкогольные ассоциации неведомы рептилоидам и ничего не добавляют к взаимопониманию. Тюлькин заметил, что именно алкоголь и способствует взаимопониманию, но обещал не вмешиваться. Веры ему нет, но если вытерпит пять минут, то уже хорошо.
Наконец деревянные щупы уместились в наших пищеводах.
- Приветствую тебя, хозяин болот, - начал я дипломатично.
- Я не хозяин болот, - ответил рептилоид через дерево.
- А... неважно, - я начал нервничать, ощущая веселье Тюлькина. - Просто скажи, как к тебе обращаться.
- Я Пятый Тирим Богорты Аиста именуюсь Дистаргом, - услышал я.
- Ладно, будешь Петей. А я Иван. Вот и познакомились. Слышь, Петь, мне ваша вода не подходит. В ней спирта мало, - стал я объяснять побыстрее. - Мне без спирта никак нельзя, биохимия такая.
- Что такое "спирт"? - спросил рептилоид Петя.
- Алкоголь, этиловый спирт, це-два-аш-пять-о-аш, ну...
- Результат брожения виноградных ягод, - подсказал Тюлькин.
- Вот-вот, сок из гнилья, - выдал я определение.
- Могу я поговорить с твоим вторым Я, Иван? - попросил рептилоид.
Я уступил переговоры Тюлькину. Да, в производстве спирта кустарным способом я не силён. Я вообще непьющий. А Тюлькин, конечно, из чего только горючее себе не варил. Небось, и на голом астероиде умудрялся самогон гнать.
К конференции подключились ещё двое. У дерева негде было сесть, так плотно его взяли в обхват. Я ничего из их тарабарщины не понимал, зато Тюлькин болтал без умолку.
Наконец маститый переговорщик заявил:
- Ну вот, с питанием я договорился. И с выпивкой, и с закуской.
- Отлично, - кисло похвалил я его. - Может, выторгуешь, где переночевать?
- Запросто, - откликнулся Тюлькин.
- Ладно, но после. Пусть сначала накормят. - И я решительно выдернул щуп из горла.
Рептилоиды тоже прервали контакт с деревом, вскочили и засуетились. Один бросил в почву семечко, другой кинул семечко рядом, третий соскрёб с дерева почки и посадил в длинный ряд... Работа кипела. Тюлькин, лишённый возможности общаться с новыми дружками напрямую, заставлял меня удерживать над островом схему самогонного аппарата с мельчайшими деталями. Я не сопротивлялся. Лишь бы получилось, уж больно пить хотелось.
Вскоре на островке выросла... огуречная плантация. Я не сильно разбираюсь в овощах, но уж огурец я от любой травы отличу: характерные жёлтые цветочки, стебли-трубки, усики и широкие листья лопухового типа не дадут ошибиться.
- Тюлькин, - сказал я, - ты в курсе, что твои приятели построили?
- Вижу, - хмуро ответил Лев Самогоныч.
- Что-то я не припомню, чтобы сивуху гнали из огурцов. Неподходящая ягода.
- Знаю, - грустно сказал завхоз винокурни.
- Может, это закусь? - предположил я. - Может, ты про солёные огурцы думал больше, чем про главпродукт?
- Совсем не думал, - отверг моё предположение Тюлькин. - Это они сами догадались.
Мы с тревогой наблюдали за рептилоидами. Я погасил схему перегонного аппарата. Понятно, что ничего похожего не будет. Не стоит демонстрировать инженерную ограниченность. Надо быть выше этого.
Цветочки без пчелиного опыления сомкнулись, завязи набухли, вытянулись и вот уже перед нашим разочарованным взором созрел урожай огурцов. Была небольшая надежда, что не огурцы вырастут на плетях, а... бутылочки водки, но она растаяла. Самые настоящие огурцы. С толстыми тёмно-зелёными попками, со светлыми стрелками, переходящими в светло-зелёные с желтизной кончики. В пупырышках.