- Я люблю тебя, сынок. Люблю всем сердцем. Я обещала вернуться к тебе и я пришла.
- Нам сказали, что тебя утилизировали и мы не успели. Старший Дан поехал за тобой сегодня и вернулся с плохими новостями. Я думал, что никогда не увижу тебя, - Лора встала, чтобы посмотреть на Старшего Дана и представиться, потому что только от него теперь зависела дальнейшая судьба.
- Мой друг, Олам помог мне. Здравствуйте, я Лория с планеты Земля, - обратилась землянка к мужчине, в котором собралось всё, что только может представить себе земная женщина.
Перед ней стоял мужчина средних лет на вид, достигающий ростом два метра. В кожаных черных доспехах, как у Олама и с бойцовскими брюками со множеством карманов и вставок. Весь его вид говорил о серьезности, власти и силе. Короткие каштановые волосы были подняты и зачесаны назад, а по бокам коротко выстрежено. Легкая щетина, строгие брови и зеленые глаза придавали особенный вид мужской красоте. То, что человек военный, говорило наличие шрама у правого глаза и нехилое накаченное тело, ну и конечно же сама энергетика. Перед ним хотелось встать по струнке и отчитаться по рапорту. Всё, Лора, хватит таращиться!
- Приветствую вас. Должен признать, что в это трудно поверить и я должен убедиться в достоверности вашей информации, прежде чем допустить вас к Младшему Маю, - и в этот момент он забрал из рук женщины сына. Его голосом можно было как убивать, так и стать стеной от всех врагов. И в этот момент Лора почувствовала, что сладка жизнь не будет, если он этого захочет, ведь её сердце полностью принадлежало Маю, а убери то, что является воздухом...
- Я понимаю. Поэтому мы собрали все данные о моём превращении из робота обратно в меня и я могу рассказать больше о своей планете. Но найти нам ее в ваших картах не удалось.
Глава 7.
Старший Дан.
Путь в две недели до Соута Старший Дан преодолел за три дня невозможными гиперпрыжками и опасными порталами со своей командой. Всё время в груди стояло тревожное ощущение, будто теряется что-то очень важное и его подгоняло незримое чувство беспокойства. Команда видела нервозное состояние главного и не пыталась попасться на глаза. Он принял полное управление кораблем на себя у помощника, беря всю ответственность за жизнь присутствующих.
В голове постоянно крутились слова Младшего Мая о неподающемся логике поведении робота. Было ли так на самом деле - это он узнает по прилёту домой, и заехав на склад, куда её увезли. За все четырнадцать лет Старший Дан не видел такой эмоциональный всплеск у ребёнка и это, честно говоря, напрягло.
Прилетев на Соут, первым делом залетел домой и застал неприятную картину, а вернее всего, подавленого Младшего Мая и отключенного СН54.
- Приветствую тебя, Младший Май. Почему робот отключен?
- Старший Дан! Прошу лети быстрее за Лорой! Она в опасности!
- Я тебе задал вопрос: Почему отключен робот?
- Я дал команду на отключение и не хочу больше никого видеть рядом, кроме Лоры. Она мне нужна! - соутца поразила смелость и быстрая привязанность мальчишки.
- Ты ел?- немного успокоившись, спросил о еде, поскольку неухоженный вид и темные круги под глазами, говорили о самостоятельном проживании ребенка в течении трёх дней. Спрашивается почему не побеспокоился за эти три дня о нем? Да в силу того, что блестящий и уверенный в себе главнокомандующий не привык даже за четырнадцать лет заботится о ком-то, кроме планеты и её жизни в целом, забывая порой и про себя.
- Да, я поел, - лаконично полусоврал упрямо глядя в глаза мольчишка и в кого он пошел?
- Приведи дом в порядок и поешь нормально, а я полетел за твоим роботом, договорились? - Младший Май серьзно кивнул и принялся исполнять обещанное. Старший Дан же в этот момент понял, что не успеет. За истечением трех дней, по инструкции, неподлежащих ремонту роботов или с серьёзными сбоями - утилизируют.
Прыгнув в этерну, он набрал курс на запад Соута к Центру переработки технологий. Автоуправлением никогда не пользовался, потому что любил чувствовать во всем личный контроль, кроме политики. Все его предки легко справлялись с управлением планеты, их растили с чувством долга перед ней, а он вырос с ощущением защищать её и быть в центре всех событий, видеть говорившего перед собой, а не протирать штаны, сидя в кресле, разговаривая часами с галограммами. Понятное дело, что по срочным или спорным вопросам, совет связывался с ним и слово правителя являлось решающим, но они осознавали его тягу к военному делу и значимость важной работы, поэтому привыкли к самостоятельности.