А после этого подумала: «Почему такие мысли меня волнуют?»
На самом деле это волновало ее все сильнее и сильнее. Их работа с маленькими девочками, их работа с этим малышом. Это все начинало пробуждать в ней воспоминания. Ее детство. Ее родители. Добрые лица...
Моменты любви...
Словно вся ее работа с детьми взывала к ребенку, который был заперт в ее груди. К ребенку, который хотел освободиться.
«Освободи нас всех», – шептал этот ребенок.
Она покачала головой. Нет. Симпатия, забота о лабораторном подопытном – это настоящий ад для ученого, в который она не позволит увлечь себя...
Если, конечно, она уже не была в этом аду…
«Дары Нептуна»
1958
– Господи, сколько же у нас тут людей? – спросил Билл, немного испуганно смотря на тяжеловооруженных бойцов, стоявших в стальном коридоре, ведущем в «Дары Нептуна».
У Билла был Томми-ган, у Салливана в правой руке – пистолет, а в левой – рация. Кавендиш держал дробовик и местный вариант ордера на обыск.
– Многовато бездельников для этого рейда, как думаете, шеф? – спросил Билл. – Нам, правда, нужно столько людей?
– Да. Нужно, – пробормотал Салливан. – Гораздо больше отправились в «Фонтейн Футуристикс».
– В «Фонтейн Футуристикс», прямо сейчас?
– Прямо сейчас. Приказ босса, – он покачал головой. Тяжело было не заметить недовольство Салливана, как и его хмурый взгляд. – Давай признаем, речь идет не только о кровожадных головорезах. В Восторге полно поэтов, художников, теннисистов, а не наемных бандитов. Но Фонтейн… он, похоже, прикарманил себе большой кусок города.
– Где Фонтейн сейчас? Если мы хотим, чтобы рейд принес пользу, мы должны разобраться с этим типом сами.
– Вот план: он где-то здесь, в рыболовстве, возможно, на пристани, на одной из своих субмарин доставки. В любом случае, это не просто рейд, – Салливан заговорил доверительно, тихо, когда Кавендиш открыл двери, и они пошли дальше по деревянному коридору к пристани, следуя за двумя колоннами бойцов. – Это настоящая атака… военная атака на Фрэнка Фонтейна и всех, кто окажется рядом с ним.
– Насколько все спланировано? Помните, что случилось в прошлый раз. Может быть, нам стоило потратить больше времени на подготовку всей этой чертовщины?
– Спланировано, все отлично. У нас здесь будет две волны людей, еще две наготове в «Фонтейн Футуристикс». Но Райан хочет держать все в секрете как можно дольше. Только это непросто, расскажешь здесь о чем-нибудь двоим, даже одному, а узнают об этом десять. А Фонтейн платит всем сортам сплайсеров, дает им бесплатные плазмиды в обмен на информацию. Так что я не уверен, что… – он покачал головой. – Я просто не уверен.
Коротковолновая рация в левой руке Салливана затрещала:
– На позициях! – сообщил голос из рации.
– Хорошо, двигайтесь вперед, когда я скажу «сейчас». – Он сменил частоту и заговорил с другой командой: – Это шеф. Вы там готовы?
– Готовы напасть на «Футуристикс…»
– Проклятье, не произносите это название по рации, просто – неважно. Просто досчитайте до тридцати и выступайте. А мы начинаем здесь.
Салливан посмотрел на свои часы, кивнул сам себе, огляделся и махнул рукой остальным, они все двинулись к дверям «Секьюрис». Он кивнул Кавендишу, который удерживал дверь открытой перед двумя колонами угрюмых вооруженных людей, и крикнул:
– Сейчас!
Бойцы ринулись вперед с общим воплем. За бегущими людьми – кричавшими от волнения, державшими оружие наготове – поспешил Салливан, старший констебль Кавендиш, констебль Редгрейв и Билл, они двигались по окруженным водой деревянным полуостровам пристани к небольшом судну, похожему на буксир.
И сплайсеры были повсюду.
Многие из них буквально слетали с потолка: сплайсеры-пауки прыгали вниз, орудуя своими кривыми ножами для разделки рыбы так, что в первую же секунду погибли пять человек из отряда Райана. Из разрезанных шей била алая кровь, тела спотыкались о собственные головы, катившиеся по настилу. Биллу даже пришлось сделать резкий рывок в сторону, чтобы увернуться от одной, лицо на которой все еще дергалось. Сплайсер отвернулся от своей жертвы и замахнулся на Билла, но Томми-ган был заряжен, и трескучая очередь снесла мутанту всю верхнюю часть черепушки.
Кто-то рядом вдруг остановился и превратился в статую, покрытую льдом. Сплайсера, который сделал это, разорвало гранатой, но мутантов прибывало все больше и больше.