Фонтейн развернулся и кинулся прочь из комнаты. Он смог сделать шагов пять по коридору, прежде чем головокружение и тошнота вынудили его остановиться и облокотиться о холодную металлическую переборку Восторга.
Ему стало легче, когда он услышал, как дверь, ведущая в комнату специальных исследований, захлопнулась со скрежетом. Ученые подошли к нему и встали рядом. Сушонг обыденно держал руки в карманах халата и выглядел немного удивленным. Тененбаум же казалась почти по-человечески обеспокоенной за него.
– Так… – Фонтейн проглотил желчь. – Вы смогли взять этот процесс под контроль или нет?
– Мы делаем это сейчас, – ответила Тененбаум, задумчиво смотря на желтый свет лампы. – Да. Мы не будем больше создавать… такое.
– Тогда я хочу, чтобы вы сделали кое-что для меня. Убейте эту штуку там. Сожгите. Не оставьте никаких следов, мне не нужна дурная слава. Мне нужно больше плазмидов, вроде того электрического. Только больше разнообразия. Чтобы ими можно было управлять. Чтобы их можно было упаковывать… Товар, который сделает человека умнее, сильнее. Товар, который принесет нам деньги. Понимаете? Деньги!
«Парк развлечений Райана»,
Мемориальный музей Восторга
1954
Стэнли Пул стоял в задних рядах небольшой толпы, которая ожидала речь Софии Лэмб. На площади Аполлона и семнадцатой станции техобслуживания незаметно раздавали листовки, рекламирующие «Бесплатную публичную лекцию именитого психиатра, доктора Софии Лэмб, о Новой Надежде для работящего человека».
Долговязая блондинка с лебединой шеей, в модных очках в роговой оправе вышла вперед и встала перед живописной картиной Мемориального музея, на которой были стилизованно изображены рабочие, трудившиеся на заложении фундамента города. Она посмотрела на небольшую толпу как пророчица, выражение ее лица было доброжелательным и снисходительным, но в то же время материнским, от ее улыбки веяло бесконечным знанием. Она нажала на кнопку и запустила запись, сопровождавшую картину. Дружелюбный мужской голос произнес:
– После того, как платформа закреплена, работа продвигается с невиданной скоростью. Призванные быть основой Восторга, рабочие трудятся круглосуточно, чтобы построить мегаполис, который вы видите сегодня.
– Вы слышите это? – она сцепила руки за спиной и иронично усмехнулась, устанавливая зрительный контакт со своими слушателями, большинство из которых были рабочими из низов, слушавшими восхищенно, но Пул заметил среди них и Саймона Уэльса. – Эта запись, – продолжила Лэмб, – она помогает понять суть Восторга! «Рабочие трудятся круглосуточно, чтобы построить мегаполис»! А что говорит нам запись у картины «Закладка фундамента Восторга», прямо вон там? – Ее голос стал насмешливым, когда она процитировала: – «Инженеры работают, преодолевая все препятствия: твердые, как алмазы, камни, упрямство морских обитателей и непредвиденные потери». Подумайте об этом, друзья мои. Сколько ненужных страданий мы приняли как нечто само собой разумеющееся? – она печально покачала головой. – «Непредвиденный потери»? Ох, Эндрю Райан полностью предвидел их! Но его это просто не волновало! Огромное количество жизней было потеряно на строительстве Восторга, все они были принесены в жертву «богу», имя которому человеческое эго! Эго Райана! Обычные мужчины и женщины в Восторге перерабатывали, но не получали достойной оплаты, были они оставлены обессиленными. Они трудились круглосуточно, чтобы построить этот город, но как много они получили от того, что создали? Что предложил им Эндрю Райан, кроме бумаги? Только лишь нечто мелкое, что принято называть долларами Восторга... просто документы, бумажные деньги! Бумаги для нищих! Да и того очень мало! Кому, я спрашиваю вас, на самом деле принадлежит город? Людям, которые построили его? Или плутократам, которые его контролируют? Большинству или меньшинству? Вы знаете ответ!
Многие в толпе кивали, некоторые хмурились, но основная масса, казалась, соглашалась с ней. Пул предположил, что они и сами задумывались о чем-то подобном. Просто здесь появился человек, который произнес это вслух… Доктор София Лэмб. Психиатр, применявшая свою психиатрию на обычном человеке.
«Эта Лэмб становится источником проблем, Пул, – сказал Райан. – Узнайте, что она замышляет. Оставайтесь незаметным…»
«Если бы Райан сейчас слышал эту речь, – подумал Пул, – его прилизанные волосы встали бы дыбом».