София Лэмб сделала паузу, задумавшись, затем указала на стены, покрытые орнаментами:
– Порой Восторг напоминает великолепный большой дворец, не так ли? Он изобилует роскошью, но где жилье для тех, кто заботится о нем? Вы теснитесь в местах вроде семнадцатой станции! Но ведь так принято во дворцах, не правда ли? Есть роскошные кварталы для элиты и закутки под лестницей для прислуги! Прислуга всегда превосходит числом королей и королев! Но мы слепо продолжаем обслуживать их! Мое видение нового, объединенного Восторга революционно, да, революционно! Я говорю это с гордостью! И то, что я хочу принести вам, это новый дух сотрудничества, друзья мои. Новая форма любви! Сотрудничество в таком месте как Восторг Райана является преобразующим, и слово, с которым я пришла к вам, это таинство; оно начало новой церкви сотрудничества. Меня посетило вдохновение, словно пришедшее из какого-то космического места, и оно показало мне, что Восторг, основанный на соперничестве, трещит по швам! Соперничество – это разделение, друзья мои. Дом, разделившийся сам в себе, не устоит! – Пул заметил, что, когда она говорила, то становилась более напряженной: ее ноздри раздувались, она чаще моргала, пальцы сжимались в кулаки. Она излучала харизму точно так же, как и Райан. Но в ее магнетизме было что-то очень материнское. Пул взглянул на Саймона Уэльса и отметил, что тот выглядел полностью плененным Лэмб. Она продолжила говорить, громко декламируя: – Мы должны развиваться, чтобы исцелить Восторг, и мы исцелим его, преобразовывая изнутри! Мы создадим настоящую утопию и утопистов, достойных жить в ней! Мы образуем единство, которое будет процветать, даже если внешний мир гибнет! Но новый Восторг будет основан не на стяжательстве, он станет общностью, основанной на щедрости! Что есть общность? Это тело Восторга! В нем будет заключаться истина! Конец бремени бессмысленного соревнования, обращение к сотрудничеству, альтруизму, общине и общности!
«Святая корова», – подумал Пул. Райан выйдет из себя. Босс оказался между молотом и наковальней. Он был официально против цензуры, так как же сможет цензурировать эту женщину? Но, судя по тому, что Пул слышал о секретных структурах, принимавших участие в проекте «Персефона», у Райана был план насчет того, как позаботиться о красных организациях…
Когда ее речь закончилась, Пул обернулся и заметил в толпе мужчину, которого не видел до этого. Человек носил темные очки, лысую голову покрывала шляпа.
Пул узнал его, несмотря на попытку того остаться инкогнито. Это был Фрэнк Фонтейн. Его лицо выражало глубокую задумчивость…
Фрэнк Фонтейн не заметил взгляда Пула, он был заворожен Софией Лэмб.
«Эта женщина восхитительна, – подумал он, – какая игра!»
Она была мошенником с двумя или тремя коллежскими степенями, он не мог не восхищаться ею. «Что есть общность? – спросила София. – Это тело Восторга!» Отлично сказано. В эти слова можно вложить почти любые чувства. Обводить вокруг пальца одного человечка не так уж и сложно.
Но целую толпу, водить за нос все население. Вот что прекрасно.
Эта Лэмб знала, как переманить «народ» на свою сторону. Выяснить, что их беспокоит, использовать это в качестве своеобразной упряжи, и очень скоро они сами потащат повозку. Умно. «Но ведь так принято во дворцах, не правда ли? Есть роскошные кварталы для элиты и закутки под лестницей для прислуги! Прислуга всегда превосходит числом королей и королев!»
Умно – дать им нечто, что они будут передавать из уст в уста. «Мы все здесь дворцовая прислуга, которая живет под лестницей, понимаешь?»
Эта доктор Лэмб могла стать серьезным конкурентом, конечно. Но со временем он увидит, как Райан получит нужную информацию, чтобы арестовать ее. Между тем, она вдохновила его вместе со всей этой толпой. Только немного иначе…
Он, конечно же, сделает все по-своему. Она была своего рода женской версией. Его собственная версия радикального лидера будет сильно отличаться.
Возможно, было еще слишком рано, чтобы действовать. Но он может начать сажать семена. Взращивать их. И, когда придет время, собирать урожай.
Офис Эндрю Райана
1954
Когда Билл вошел, Эндрю Райан сидел за столом.
– Мистер Райан, у меня доклад о техобслуживании.
Райан поднял глаза:
– О, Билл, садись.