Договаривал я уже в пустоту, девушка сбежала, видимо и впрямь обидевшись на песенку для нее. То ли у нее с юмором плохо, то ли и впрямь нельзя так шутить? Может и впрямь я переборщил? Но я действительно не собирался петь эту песню всем подряд, только в общем-то ей. Наверное, и впрямь глупость придумал. Обидную причем. Надо догнать и извиниться.
— Зиня-Зиня, ты просто сказочный дебил. — высказалась сеструха что оказывается слышала все это представление из своей комнаты.
Выбежав на улицу, тут же обнаружил ревущую девушку, вот только не ту которую пытался догнать.
— Гуля?! Ты чего тут делаешь?
— Хнык- э-э… хнык. — продолжала хныкать и растирать слезы Атоева.
— Гуля, какого фига ревешь? Кто обидел? — та посмотрела на меня и еще сильнее заревела. — Блин надеюсь не я тебя обидел? — скрипел я мозгами.
— Не-е-ет — наконец-то сказала она хоть что-то.
— Ура прогресс. А кто тебя обидел?
— Никто — уже меньше хныканий было в ее ответе.
— А чего ревешь? — уточнил я.
— А-а! — снова разревелась она.
— Ну еклмн! Атоева! Ты это прекращай. Давай четко и по делу, что случилось и чем я могу тебе помочь.
— Не че-е-ем! — опять прорыдала она.
— Ты давай за меня не решай, и выводы не делай. Говори в чем дело.
— Я пошла на пляж.
— И?
— На городской местный.
— Это на котором типа западло купаться?
— Ничего не западло. Это всякие дураки выдумывают. Да и не купаться я пошла-а-а… — опять она сбилась с мысли.
— Ну е-мое! Атоева!
— Я загореть хотела.
— Никогда не понимал этого лежания на пляже под солнцем, словно курочка на гриле. Дальше что было?
— Я загорала.
— И?
— И потом стало очень жарко и я решила…
— Что? Что решила ты, Гуля?
— Искупаться.
— Уф… Ну и дальше что было?
— Я пошла в воду.
— …. Да говори уже, не прерывайся.
— Я одна была и… — все равно она всхлипывала и прерывалась после каждого предложения. Я уже не стал ее поторапливать. Вырабатывая сверхтерпение слушал рассказ. — И боялась свои вещи оставить без присмотра. Но вроде никого подозрительного не было. Немного обычных людей. Я отошла чуть дальше. А потом чуть поплавала. А потом постояла чуть в воде где-то вот так по шею. — показала она. — А потом увидела их.
— Кого? — не удержался я от вопроса.
— Двое мальчишек. Они были… Я подумала… Что они могут.
— Они были подозрительные я так понял. Ты подумала, что вещи стырят так?
— Да-а…
— Ну?
— Но они просто стояли, и я стояла. А потом они что-то говорили друг другу и смотрели на мои вещи. А я… Я думала, что мне может кажется. А если кажется, а я вдруг побегу. Это будет глупо? Я пошла. Стала выходить из воды. И они пошли. К моим вещам пошли. Я стала выходить быстрее. Я попыталась побежать! А из воды так быстро не выбежишь. И они побежали. Они схватили их и побежали. Я стала кричать. Но было и поздно и никто не дернулся даже. Никто!
— А кого их? Кого их они схватили?
— Джы-ынсы — опять размазывала слезы Гулька.
— Вот же ерунда какая. — фыркнул я.
— Какая ерунда?! Это настоящие джинсы! Мне их мама только на неделе подарила. Только подшили! Я их выгулять надела! Какая я дура!
— Да чего так убиваться из-за джинсов?
— Ты совсем что ли?! Джинсы же это! Тем более женские. Женских вообще ни у кого не видела еще в городе. Мужские тоже редкость. Двести рублей минимум. А уж женские.
— Ого!
Точно! Я осел. Нынче джинсы наверняка дефицит, и раз Гуля так говорит про женские то видно они и еще больший дефицит. Заодно наконец я понял, что мне не показалось и Гулька сидит в одной футболке! Хотя и длинной конечно.
— Блин! Так ты без штанов оказывается, а я думал это шорты у тебя под футболкой.
— Я не могу домой пойти! Меня мама убьет! — попыталась она растянуть футболку что бы та скрыла ее трусики.
— Ну уж убьет. С тобой же все хорошо. Для мамы наверняка будет главное, что с тобой все хорошо. А джинсы ерунда. Главное…
— Ничего не ерунда! Не понимаешь ничего! — заревела она опять.
— Так! Значит план такой. Сейчас идем ко мне домой. У сестры оденешь чего-нибудь, например, шорты или штаны какие. Хватит в труселях рассиживать во дворе. Кстати, а чего не в своем дворе сидишь?
— Мама вдруг увидит.
— Угу, очень логично по этому сидеть без штанов в соседнем дворе. — саркастично заметил я. — Что за мальчишки были? Приметы?
— Не знаю.
— Не бывает так, волосы, глаза, шрамы татуировки, выбитые зубы, цвет футболок и штанов, что-то наверняка помнишь.
Пока шли, Гуля вспомнила кое какие приметы, но не сказать, что особые, таких мальчишек тысячи. Татуировок и шрамов понятное дело нету. Мальчишки вообще мелкие.
— А чего не догнала их, ты вроде неплохо бегаешь, если сопляки такие были.
— А они на великах были.
— На великах? Оба?
— Да.
— Хм. Ладно, а что за велики? — открыл я дверь в квартиру. — Светильник! Свет! Ты еще дома?
— Чего орешь? — высунулась в коридор сеструха. — Оу! Зиня?! Я дома! Вы чего делаете дураки? — уставилась она на Гульку, что была без штанов.
— Да это не то что ты подумала. У одноклассницы джинсы украли на пляже, вот.
— А ты куда смотрел?
— Меня там не было.
— Ладно и чего?
— Дай ей чего-нибудь одеть, а?
— Хм, ну окей, пошли со мной.
Сбагрив «плаксу» сестре, я принялся думать могу ли я помочь Гульке? По идее район пляжа, как я понял в местных реалиях, как и парк, условно нейтрален по статусу. Но по факту там конечно же хозяйничает «Пролетарка», очень может быть, что… Это вообще мог быть Славян со своим приятелем! Правда велик то откуда у Славика. Но мог быть, а мог не быть. В любом случае это дело пролетарских и возможно добычу притащат вождю. Вот только с их вождем встречаться не в радость. Надо бы Славика поймать. Но где? Что он там говорил про свое место обитания и про приятеля…
— Я скоро приду! — крикнул я и поспешил в те дома, которые по моему представлению описывал Славян в своей трогательной и печальной истории.
Побродив некоторое время я нашел-таки искомый двор и о чудо в нем как по заказу катались на великах нужные мне люди. Ну точно они! Если еще и джинсы тут! Но обрадовался я рано, джинс в пределах видимости не наблюдалось.
— Привет пацаны.
— О, Биртман, здаров — нормально поздоровался Славик.
— Чего надо? — был менее приветлив второй.
— Да так иду мимо вижу вы катаетесь. А велик где взял? У тебя же нету ничего.
— Где взял там нет более. — закрылся Славик.
— Не твое дело, я допустим дал, и что? — продолжал агрессивно наступать второй. — Я же тебе еще тогда говорил…
— А в кинотеатре? Ну-ну. А тут вот на днях велик украли не слышали нет?
Судя по тому как они дернулись, я угадал.
— Но речь не про велик. На велик мне пофиг. А вот джинсы.
— Чего ты гонишь какие джинсы?
— Погнали отсюда Славян!
— Можете конечно уехать вот только я знаю твой адрес и что и как вы сделали сегодня на пляже.
— А я думал ты нормальный — сплюнул в мою сторону Славик.
— Сколько вам за джинсы обещали?
— Не твое дело.
— Какие джинсы мы не при делах!
— Короче или я выкупаю эти джинсы или я вынужден буду сдать вас. Вы у моей подруги джинсы сперли придурки так что тут уж мне не до игр в ваши понятия. И джинсы я верну в любом случае.
— Шестьдесят!
— Восемьдесят! — одновременно сказали они и посмотрели друг на друга.
— Хех, так шестьдесят или восемьдесят? Или может меньше? В любом случае это много, предлагаю сорок?
— Что?! — возмутились оба.
— Мы уже Князю сказали, что ему сдадим и цену узнали.
— Некрасиво выйдет.
— А в любом случае уже выйдет совсем некрасиво или совсем плохо.
— Если хочешь решай сам с Князем. Мы ему джинсы скинем и не при делах.
— Ну-ну, а его мусора хап и вот уже он при делах. По чьей милости и наводке? Кто заказчика сдал? Я ему скажу, что ты и сдал! — припечатал я.