Но прежде чем Себастьян успел что-либо ответить, вмешался отец.
– Да будет тебе, Карла, – сказал он спокойно, но твердо.
– Ты вечно ее защищаешь, – отозвалась мать. – Посмотрю я на твое лицо, когда она объявится у нас на пороге в обнимку с этой Евой!
Мама подозревает, что у меня роман с Евой?
Плохое кино. Очень плохое кино! Может, кто-нибудь уже крикнет «хватит»?
– Даже если это произойдет, ты не сможешь ничего поделать, дорогая, – философски заметил отец. – Эмили еще нет двадцати четырех. Тебе не кажется, что рановато устраивать панику и кричать, что поезд ушел? Она найдет своего мужчину, верь в свою дочь. В конце концов, речь о ее счастье, а не о твоем. И раз Эмили, судя по всему, пока что не напрягает ее одиночество, тебя оно тоже напрягать не должно. – Отец сделал глоток глинтвейна и добавил: – Вот так-то. И хватит, пожалуй, об этом, не для того мы здесь собрались. Думаю, твоей дочери уже и так не по себе из-за этого разговора.
Нет, ну есть на свете большее сокровище, чем мой папочка? Пока он говорил, я только кивала: вот, слышишь, мама, слышишь?
Его слова не пришлись маме по душе. Она не считала нужным это скрывать и скорчила гримасу, означавшую что-то вроде: «Ну вот, опять папа с дочкой сговорились».
– Хорошо-хорошо, Карстен, но потом не говори, что я не предупреждала, – пробормотала она и скрестила руки на груди.
И хотя тема была закрыта, осадок остался. На лицах Алены, Инго и Алекс блуждали усмешки, а Себастьян смотрел куда-то в сторону кресла. Но я не стала туда смотреть. Хватит с меня и трех веселых лиц – четвертое видеть не хочу.
Но передышка не продлилась и пяти минут: следующий удар нанесла Алена.
– У меня нет фотографии, где сняты все мои дети вместе. Сядьте-ка рядышком.
Когда Алена говорит обо «всех своих детях», ко мне это тоже относится.
Господи. Зачем. Я. Сегодня. Сюда. Пришла?
– Есть специальные компьютерные программы, – сказала я. – Фотошоп, например. Там ты легко можешь смастерить групповое фото.
Алена рассмеялась, хотя я говорила серьезно.
– Давай-давай, Эмили. Радуйся, что я не заставляю тебя сперва нарядиться в платье.
Вот уж правда, и на том спасибо – но перспектива попасть на общее фото от этого милее не стала. Сговорились они сегодня против меня, что ли?
Себастьян поднялся, чтобы уступить мне место, но Алена остановила его:
– Нет-нет, куда же без тебя!
Себастьян слегка удивился, но явно обрадовался. Плюхнулся обратно на диван и обнял Алекс.
Алена встала в центре комнаты и подняла фотоаппарат.
– Эмили? Ну что с тобой? Пожалуйста, иди сюда.
– Мне надо в туалет, – пробормотала я.
– Ну в самом деле, как маленькая! – Алена покачала головой. – Потом сходишь. Уж одну минуту-то можно потерпеть.
Я вздохнула и села рядом с Алекс, на то место, где раньше сидела моя мать. Откинувшись на спинку дивана, я сложила руки на груди.
– Эй, плейбой, только тебя дожидаемся, – сказала Алена сыну.
Элиас издал стон, поднялся и пересадил Лигейю на кресло, которое теперь оказалось в полном ее распоряжении. Устроившись на подлокотнике рядом с Себастьяном, он скрестил на груди руки.
Повторюшка!
Алена долго прицеливалась, затем опустила фотоаппарат.
– Элиас, Эмили – улыбочку! – потребовала она. – Вам только черных костюмов не хватает – выглядели бы как Братья Блюз!
Это дурацкое сравнение заставило меня улыбнуться. Алена не медлила: воспользовавшись моментом, она быстро нажала на кнопку.
– Видите? Вот и все. Неужели это было так ужасно?
Да, было.
– Теперь можешь сходить в туалет, Эмили, – продолжила она. – Не хотелось бы неприятных неожиданностей. Хватит с меня и того, что я все время подтираю лужи за Лигейей. – Она хихикнула.
Теперь и я заподозрила, что последний бокал вина для Алены был лишний. Проворчав что-то себе под нос, я встала. Между столом и диваном осталась узенькая щель, которую к тому же перегораживали ноги Алекс. Я начала перелезать через них, раздраженно думая, что придется протискиваться мимо Элиаса, а Алекс не может подвинуть ноги хоть на сантиметр, и вдруг споткнулась. Широко распахнув глаза, я замахала руками, но мир уже несся мимо меня. Я камнем летела вперед и, испуская истошный вопль, уже видела, как сейчас грохнусь на ламинат. В последнюю секунду меня кто-то подхватил. Чьи-то руки.
Я не упала. Руки держали крепко.
Сердце колотилось в горле, я все еще не могла оторвать взгляд от пола, с которым чуть было не повстречалась лбом. Мои волосы успели его коснуться.
– Все в порядке, Эмили? – раздался над ухом голос.