– Много работы? – спросил я, отлично помня, что последнее время Маша предпочитает акриловые краски.
– Пока много, а скоро ее вообще может не стать. После всем известных событий резко сократились объемы продаж моих работ, с выставками проблемы возникают. Знаешь, что мне сказали в одной галерее? Подошла какая-то темнокожая баба с пухлыми губами и заявила: «я знаю, что ты русская, вот и убирайся в свою Россию». Оказалось, что она любовница владельца той самой галереи. И это в Германии, прикинь? А сказать, чтобы она убиралась в свою Африку нельзя. Тоскую я по Петербургу, вот что.
– Особой тоски в тебе как-то не заметно. Может, не так смотрел?
– Сильно старалась, вот и нарастила на себе толстую кожу… До меня тут вдруг дошло, что в последние месяцы почти сплошь говорю о чем-нибудь позитивном, и меня вдруг резкая рефлексия взяла. Вот мне уже двадцать семь, а ума нет, и все чаще в голову приходят мысли, что довольно-таки бездарно проживаю самые лучшие годы своей жизни. В осенне-зимне-весенний период это еще не так заметно, плюс утешаю себя тем, что при деньгах можно всегда устроить персональное лето в Тае-Доминикане-Египте…
– Ебипте? Тебе что, не хватало здорового секса?
– Не пошли. Тебе не идет. Да не то чтобы не хватало, просто именно летом острее всего понимаешь: вот ждешь его, ждешь, вроде бы только кончился май, думаешь: громадье планов, именно этим-то летом столько всего сделаю… и не успела оглянуться, а вот – уже кончается июль. А август… что, август? Он отравлен приближающейся осенью. Главное, даже не успеваешь понять – где оно, то самое лето, которое так долго ждала? И на примере лета, особенно, когда тебе уже перевалило за четвертак, внезапно задумываешься: блин, как же быстро время-то летит! Казалось бы, только начался понедельник, еще вспоминаешь выходные, а вот уже и следующая пятница, и так вот проходит целый месяц, прикинь? А в промежутках надо и в зал на качалку, и с тренером позаниматься, еще на курсы спортивного танца хожу. Потом планирование долгожданного отдыха, и вот тебе на! Полгода прошло! Потом смотришь в зеркало, придирчиво осматриваешь лицо и фигуру, и понимаешь, что взрослеешь, может быть, даже стареешь, но о себе-то до сих пор думаешь, что вроде как двадцать с чем-то лет и все еще впереди. А ведь это уже не так, и с каждым годом все более не так. В общем, врет весь этот интернет. Есть и большая квартира в Германии, и машина новая, и известность, и гаджетов этих куча. Выставки вот, альбомы выходят. Плаваю регулярно в теплых водах океана над кораллами и брожу по улочкам то Лондона, то Бонна, то Мадрида… а по-настоящему была счастлива лишь в детстве, у подруги на даче, когда на старом велике летела по проселочной дороге к речке.
– По-моему это у всех бывает, – кивнул я, – нет?
– Нет, есть люди, что живут в гармонии со временем. Но от этого не легче, знаешь ли. Странно, уже давно не помню, каково это – быть на летних каникулах, когда с конца июня и по первое сентября ты ничего не делаешь: просто отдыхаешь, ходишь где и куда хочешь, лежишь на пляже, болтаешься по городу, ездишь на велике. Когда можешь позволить себе забыть, какой сегодня день недели, потому что вся неделя – один нескончаемый выходной, когда ты спишь сколько влезет, а ночами гуляешь хоть до утра. Куда же это все делось? Ведь было же оно когда-то, но вот ушло, наверное, уже навсегда. Хотя идеализировать это тоже не стоит. Да – масса свободного времени, которое можешь тратить на себя и так, как захочется, но при этом – почти полное отсутствие денег, которые, как известно, дают свободу. Правда, это как посмотреть – сейчас вроде бы деньги есть, не ахти какие, но на жизнь (ее текущее обеспечение) вроде вполне хватает. Думаешь, что вот можно прикупить объективчик к фотоаппарату, вспышечку, туфельки, шмотки, прочие игрушки и безделушки, но еще более глобально встает вопрос – а так ли уж они мне нужны? Ведь жила как-то без них, и на гораздо меньшие деньги даже, так неужели вирус потреблядства настолько глубоко проник в кожу и жировые прослойки, что безнадежно испортил мозг? И когда задумываешься об этом, блокируя оральный вау-фактор24, то по большому счету понимаешь, насколько это все пустое помрачение сознания. И, спрашивается, что же дальше-то делать?