– Помню. А сейчас Леонид где?
– Это, знаешь ли, очень хороший вопрос. Интерпол объявил его в международный розыск. Ищут.
– Так. А куда же тогда запропал сам аль-Рахим?
– Вот уж чего не знаю! Наверно к себе в Намибию улетел. Сейчас это не имеет большого значения: наших законов он не нарушал, проходит как потерпевший. Выслали повестку, наверное, явится за своим алмазом.
– Да, а бриллиант-то, бриллиант! – вдруг заорал я. – Куда подевался этот злополучный камень? Бирюзовый Глаз? Он-то сейчас где?
– Где, где… Разве я еще не сказала? – моя собеседница вынула из бардачка желтый конверт из плотной бумаги. – Вот он, смотри. – С этими словами она раскрыла клапан и аккуратно выкатила на свою ладонь очень крупный бирюзовый бриллиант овальной огранки. – Настоящий, – зачем-то добавила Стелла.
«Да, действительно, настоящий бриллиант, причем тот самый, – думал я, разглядывая сверкающий камень, от которого невозможно было оторвать взгляд, – мой старый знакомый. Но как он умудрился попасть к Стелле? Откуда он у нее? Спросить? Не ответит ведь, а то давно бы уже рассказала. Сколько непонятностей… еще эта «Таверна», так похожая изнутри на средневековый трактир… нет, не верю я, что она была моим личным глюком. А что теперь думать о базальтовой плитке с проплавленным отпечатком босой ноги? Ее-то я видел вполне реально. Или все-таки нет? Неужели и она всего лишь плод галлюцинирующего воображения? Фантазия мозга отравленного какой-то дрянью? Просто не может такого быть! Чего бы это ни стоило, но я обязательно разберусь в данной истории».
Книга вторая
Цепея неморалис
1. Инженер
В телевизоре, по каналу «Культура», беседовали двое. Вальяжный, рассевшийся в кресле господин средних лет и оживленная, острая на язык журналистка.
– …Когда у Рэя Брэдбери спросили, – говорила телеведущая, – почему не свершились его мечты, и люди до сих пор не осваивают Марс, писатель ответил: «…люди – идиоты. Они сделали кучу глупостей: придумали костюмы для собак, должность рекламного менеджера и штуки вроде айфона, не получив взамен ничего, кроме кислого послевкусия. А вот если бы мы развивали науку, осваивали Луну, Марс, Венеру… Кто знает, каким бы стал наш мир тогда? Человечеству дали возможность летать в космос, но оно желает потребления: пить пиво и смотреть сериалы». Мастер умер, и теперь никто не сможет проверить истинность цитаты. Но мысль верна: мы погрязли в бытовом мещанстве и агрессивном невежестве, это может привести цивилизацию к гибели. Так что же спасет этот мир? Как жить дальше?
– А вы уже сами дали ответ на свой вопрос, – величественно произнес страдающий ожирением вальяжный господин. – Жить дальше. А в качестве иллюстрации я бы пригласил вас и наших телезрителей на фотовыставку молодой талантливой фотохудожницы Снежаны Ортогиной, что в скором времени открывается в Бродильном цехе Винзавода10, где будут представлены самые лучшие ее работы. В своих произведениях автор изучает особенности памяти, придающей предметам и событиям сюрреалистическую пластику и в то же время телесную конкретность. Посетив выставку, вы погрузитесь в мир «магического реализма» художественной фотографии. Балансируя на грани реальности и фантастики, но, тем не менее, до конца оставаясь здесь и сейчас, автор нашел личный почерк…
Я не дослушал и переключил канал. Наткнулся на какую-то передачу, где седой косноязычный товаровед предлагал узнать, какие именно продукты продаются на прилавках рынков и магазинов. Потом еще немного пощелкал пультом, в результате попал на новости экономики и политики. Тоска. Телевизор решил выключать. В очередной раз пришел к выводу – смотреть нечего.
Вообще-то созерцание говорящего экрана очень неплохой способ проснуться утром, еще до водных процедур и всего прочего. Это позволяет ощутить всю полноту действительности и осознать ясность бытия. Вот и к политике чуть было не приобщился. Чего-то везет мне последнее время на такие передачи. И на статьи в журналах. И на заметки в интернете. И на разговоры с друзьями. Как говорится, «листья клена падали с ясеня». Видимо, политически недостаточно подкован, раз не все понимаю в этой жизни.