Пара слов о себе любимом. Это напоминает анкету, что дают заполнять при поступлении куда-нибудь. Никогда раньше не умел рассказывать о себе, зато пробовал о своих мыслях и переживаниях – это проще, а вот в таком жанре… Но решил рискнуть, да и надо, чтоб люди не завидовали. Родился в Москве, потом детский сад, школа, университет, ну в общем как у всех, и как-то незаметно начались чудеса. Познакомился с удивительными людьми, и так продолжалось много лет, но рано или поздно все сказки заканчиваются, и теперь живу сам по себе. Женился, через несколько лет развелся. За исключением пяти человек, которых с оговорками могу числить своими друзьями, я одинок. Иногда это хорошо, а иногда скучно. Сейчас есть работа, которая нравится, своя крыша над головой и мечты, в которые почему-то не перестаю верить. Многие говорят, что пишу сказки, ну и пусть их, лучше всю жизнь писать сказки, чем жить в скуке. Иногда эти сказки в прозе даже печатают в твердых обложках, но писателем себя не считаю. Даже наличие писательского билета ничего не меняет. Писатель – это профессия, а для меня лишь увлечение, хобби. Впрочем, как и компьютерные развлечения, типа системного администрирования, программирования и легкого хакинга. Не более, чем совокупность клубных интересов. Основной же профессией с некоторых пор для меня стал поиск разных тех, кто не слишком-то хочет, чтобы их нашли. Без всяких официальных удостоверений, разумеется. Ну и для собственного эго полезно. Всегда приятно кого-нибудь вычислить, а потом еще и гонорар за это получить. Исключительно в частном порядке.
Последнее дело принесло достаточно средств, чтобы устроить себе небольшие каникулы и в течение года и не думать об отсутствии карманных денег. Можно поехать куда-нибудь в красивые страны, или заняться собой, или наоборот – уйти в многосерийный загул…
А за окном…
А у меня дома…
Тут вдруг позвонил городской телефон. Номер не определился. Очень не люблю подходить к этому телефону, избегаю обычно, но пришлось – больше оказалось некому. Вообще, когда звонит неопределенный номер, лучше взять трубку и тихим конспиративным голосом сказать: «Все готово шеф, но здесь теперь полно крови, пришлите чистильщика», и оборвать связь. Вот только в реальности никогда духу не хватало озвучить такое.
«Да!» – сказал я в трубку. А на том конце провода какой-то мужик спросил, что я о себе думаю. На это ответил, что ничего особо хорошего не думаю, а собственно кто он такой и чего имеет в виду? Оказалось – по делу. Более того, по делу важному и меня лично касающемуся. Мне предложили работу, но не из тех, что принято рекламировать на каждом перекрестке. Голос у мужика был хорошо отлажен и звучал убедительно.
Пришлось начать отнекиваться. Объяснил, но не готов, не достоин, не в праве и не обладаю соответствующими способностями. На что мужик из телефона возразил, приведя пример нескольких удачно раскрытых с моей помощью дел. Нет, ни в какой штат меня брать не собираются, об этом речи не идет. Никаких формальностей, исключительно добровольное сотрудничество. Просьба будет самая пустяшная. Заниматься тем же, чем и раньше, так же тихо, незаметно раскручивать всякие странные истории, только выбор историй надо согласовывать с ним, моим неизвестным собеседником. За вознаграждением дело не станет, соответствующие суммы будут поступать на мой счет. Затем, без всякого перехода, неведомый собеседник очень детально и с красочными подробностями напомнил ряд эпизодов и событий моей жизни, о коих событиях никто знать не мог, а сам я хоть и знал, но старался вспоминать как можно реже.
Как это называется? Шантаж?
– Слушайте, как вас там… – возмущенно начал я.
– Инженер. Называйте меня просто «Инженер», – хладнокровно сказал голос из телефона.
– Человеческих душ? – невольно ляпнул я.
– Ну, зачем же так пышно. Просто – Инженер. Кто я, можете сами и так догадаться, иначе каким бы образом я был осведомлен о делах известных только вам и никому более? А Инженер – обращение не хуже прочих. Вряд ли вы кого-то именуете в глаза подобным образом, поэтому такой стиль упростит наши беседы. А то безличные диалоги не только неудобны, но и довольно-таки затруднительны.
– Ладно, пусть будет по-вашему. Слушайте, Инженер, а зачем вам именно я? Ведь могу и отказаться? Вы сказали, что все сугубо добровольно?
– Ну, разумеется добровольно! Как же иначе! Сейчас, слава создателю, вы живете в демократической стране, и свобода выбора гарантирована конституцией.