— Я рассчитывал на тебя, — только и сказал он, качая головой.
А Грейнджер мазохистски пялилась на него. Палочка, зажатая в руке, задрожала.
Ладно, над этим точно невозможно никак посмеяться, но Гермиона не сомневалась, что её сил вполне хватит, чтобы этот боггарт был стёрт с лица земли.
— Риддикулус, — на выдохе произнесла она.
Прежде, чем тварь растворилась, она изобразила на своём лице настоящую боль, которую Гермиона никогда не видела у Гектора, но могла увидеть, если не сможет снять проклятие.
Ноги подогнулись, и Грейнджер упала на колени, чувствуя, как по щекам текут слёзы. Она почувствовала себя настолько беспомощной и бесполезной, что просто не могла двигаться дальше. Она оплакивала Гектора, хотя тот ещё был жив. Скорее всего, она оплакивала свои безрезультатные попытки спасти его.
Просидев так не меньше получаса, Гермиона, всё ещё всхлипывая, добралась до буфета, обменяла свои подделки на настоящие крестражи, и поспешила убраться из хижины, радуясь, что ей больше не придётся сюда возвращаться. Уже дойдя до границы защитного барьера, она вспомнила про змею, и поплелась назад. И только после того, как все дела были завершены, она трансгрессировала в свою комнату.
Гермиона достала крестражи, раскладывая их перед собой, испытывая иррациональное чувство, будто она предала Риддла, хотя оно и не было ярко выраженным, после того, что случилось несколько дней назад.
Сначала она не могла поверить в то, что она снова переживает эту отвратительную боль от круцио, потом то, что Том посмел применить к ней непростительное, затем то, что сама избила его. А потом она вспомнила, кто такой — Том Риддл, и постаралась отстраниться от этой ситуации, особенно учитывая то, что скоро она соберёт все частицы его души.
Перед ней лежали кольцо, медальон, чаша и блокнот. Где-то в школе оставалась диадема. Когда Гермиона доберётся до диадемы, у неё будет полный набор души Тома. И ей предстояло выяснить, как запихнуть все эти частички души обратно в Риддла.
Грейнджер провела кончиками пальцев по предметам, испытывая некий благоговейный трепет перед могуществом магии — пусть именно эти вещи ей казались отвратительными, она не могла отрицать силу магии, которая создала их, и которая хранилась в этих артефактах.
Она подняла голову, уставившись в точку в пространстве, и задумалась.
Теоретически, она могла бы уговорить Гектора создать крестраж… наверное. Это могло бы помочь ему выжить? Или нет. Как ведёт себя проклятая душа, если её делят? И кого в таком случае следовало бы убить Гектору?
Гермиона вздрогнула, как от удара. Она сгребла крестражи и убрала их в металлический ящик с толстыми стенками. И мысли в её голове сразу же прояснились. Она устыдилась, испугалась той мысли, возникшей в её голове. Но самым страшным было то, что это действительно могло бы быть выходом…
Покачав головой, она бросила ящик в свою безразмерную сумку и достала блокнот — она давно собиралась зашифровать свои записи понадёжнее.
***
Антонин с блеском прошёл вступительные испытания в мракоборческий центр. Трэверс лично принимал у него экзамен. Сначала он был настроен весьма скептично, но после демонстрации навыков открытого боя, глава Отдела магического правопорядка не мог скрыть ликования. У мракоборцев всегда была проблема с кадрами. Поэтому такой сильный Антонин Долохов, вчерашний разыскиваемый преступник, а сегодня — гражданин магической Британии, стал великолепной находкой. Конечно, они не слабо покопались в его мозгах и путём психологических тестов, и с помощью веритасерума, но убедились в конце концов, что Долохов не замышляет ничего лишнего.
Теперь у Антонина была работа. У него также была невеста, почти на пятнадцать лет моложе него, о чём не забывала сообщать ему при встрече миссис Принц — Том слышал, как Долохов жаловался на это Малфою. И ещё он планировал приобрести дом, чтобы перебраться туда вместе с Эйлин и её сыном. Ростислав — брат Антонина — часто писал ему письма и планировал приехать на свадьбу, которая должна была состояться в мае, и заранее сделал ему свадебный подарок — отправил сумму, которой хватило бы на тот самый дом, о котором грезил Долохов. Уговорить Долохова связаться с младшим братом смог Том. И пока ни разу об этом не пожалел.
Они собрались в столовой Риддла, вечером того дня, когда Долохов прошел испытания в мракоборческий центр. Антонин с Эйлин и её сыном; Том с Гермионой, у которой он всё ещё не попросил прощения, которая сидела на противоположной стороне стола; Малфой с Люциусом, и Юстин — в одиночестве, оба сына предпочли остаться в школе на пасхальные каникулы. Антонин как раз делился новостями и планами на жизнь, в частности, жаловался на то, что ему может не хватить времени выбрать дом.
— М, я могу посоветовать тебе пару поместий. Одно в Уилтшире, другое — в Годриковой впадине, — сказала Гермиона Антонину, — пока мы искали помещение для приюта, я побывала в них, но они оказались совсем небольшими, так что не подошли.
Эйлин восторженно смотрела на Долохова, и ответила вместо него:
— Я с радостью посмотрю эти дома. У Антонина теперь мало времени на всё это, так что он поручил мне выбрать… Вообще-то я хотела попросить помощи у мамы, но, если честно, мне было проще с кем-то вроде тебя.
Мужчины понимающе усмехнулись — о характере миссис Принц ходили легенды. Переплюнуть её могла только миссис Лонгботтом. А когда эти ведьмы объединялись, страшно становилось всем. У обеих был одинаково тяжелый взгляд, и обе прекрасно владели словом. И знали множество неприятных заклинаний.
— Тогда, завтра? — уточнила Грейнджер.
Эйлин радостно кивнула.
— Только мне придётся взять Северуса с собой, — чуть виновато сказала она.
— Никаких проблем, — пожала плечами Гермиона, — я всегда рада его видеть.
Она так тепло улыбнулась, переведя взгляд на ребёнка, что Тому стало не по себе. Они, конечно, вместе не так давно и не обсуждали планы на будущее, но ему всё же было не очень комфортно думать об этом самом будущем, которое обычно включает в себя семейную жизнь и детей.
Он вообще никогда не думал о том, что у него могут быть дети или хотя бы один ребёнок. И Тому было немного тревожно.
Комментарий к Глава 33. Поспешные решения
*Акселитус! — тёмное заклинание, вызывающее удушье.
* Конжерайдемс! — невербальное заклинание, позволяющее трансфигурировать предметы из воздуха; используется только очень сильными магами.
* Каесито! — вызывает временную слепоту, если долго держится — вызывает серьёзные проблемы органов зрения.
* Улкус! — покрывает тело страшными язвами.
* Тинер! — заклятие визга в ушах.
========== Часть 34. Разговоры ==========
В тот вечер, после того, как все разошлись, Том и Гермиона отправились в библиотеку. Риддлу нужно было поработать над описанием артефактов, а девушка по-прежнему занималась изучением его библиотеки.
Том, однако, никак не мог сосредоточиться на записях, всё ещё оставаясь в напряжении от своих мыслей о Гермионе и детях. Он вспомнил, как его укололо, когда Гермиона после секса с ним сразу использовала заклинание от нежелательной беременности, а потом просто перешла на противозачаточное зелье. Но он ни с чем не связывал те мысли. Сначала он подумал, что ему неприятно от того, что ведьма, не успев отдышаться, думала о чём-то другом, а не лежала в блаженной неге. Но потом… Потом он, кажется, понял, что его настораживает такая реакция от Гермионы. Она не хочет детей? Или она не хочет детей от него? Вопросов становилось всё больше, а шансы услышать ответы таяли с каждым днём, что он откладывал, чтобы извиниться перед ней.
Он решительно поднялся на ноги и направился к камину. Том сел в соседнее кресло, и просто уставился на Гермиону, которая, кажется, всё ещё его не замечала. Или делала вид, что не замечает.