Завидев своего правителя люди, составлявшие эскорт Властителя, повскакивали с мест и, получив соответствующие указания, стали готовиться к отъезду. Четверо же караульных, хоть и не принявшие участия в поднявшемся оживлении, также почтительно поднялись при его приближении и продолжали стоять, внимательно на него посматривая. Объявив им, что они остаются на этом месте и продолжают исполнять распоряжения, полученные от Главы Смотрителей, Нидуммунд отпустил их. Тут же вернувшиеся к своему костру смотрители спокойно продолжили трапезу, а Властитель Срединных Земель принялся осторожно за ними наблюдать.
— А ведь в них должно быть что-то такое, что роднит их с нами. Ведь, в конце то концов, они в некоторой степени тоже являются частью того Мира, откуда пришли мы. Как-то же это должно проявляться… Но почему же я не чувствую в них чего-либо близкого? Или может, та часть, которая делает их родственными нам, не столь и велика? И что это вообще за часть?
— Хотя, пожалуй, здесь все достаточно просто, — тут же улыбнулся он своей догадке, — Если для Тирана нашего старого Мира эти существа являются таким орудием, посредством которого он получает необходимую ему Пыль Жизни и уменьшает долю Мер в подвластном ему сообществе, тогда и роднить их с тем Миром будет это самое Мер. Ведь Пыль Жизни-то они собирают в этом Мире…
— Мер… — словно внезапно споткнувшись остановился ход его мыслей. И немедленно переключился в иное русло, — То самое Мер, которое состоит из бестелесных существ, потерпевших неудачу в соперничестве за долю Пыли Жизни!
Уж не в этом ли корень того, что они всякий раз, едва почувствовав себя достаточно уверенно, так упрямо отказывались следовать нашим указаниям и с такой готовностью следовали словам служителей богов древней расы? И чем сильнее мы на них давили, тем больше они упорствовали. Неужели это в них говорит некое стремление взять над нами реванш? Неужели, потерпев неудачу в нашем старом Мире и получив новый шанс в Мире этом, они сами теперь стремятся занять главенствующее положение?
Но действительно ли то, кем они были до того, как влились в это самое Мер способно давать себя знать ныне? А насколько сильно? Пожалуй, этот вопрос заслуживает обязательного и пристального рассмотрения…
— Властитель! Властитель! — вдруг пробился до его сознания настойчивый голос начальника эскорта, — Прошу прощения…
— Да? — Нидуммунд встрепенулся и обернулся к говорившему, одновременно понимая, что слишком сильно погрузился в собственные мысли и уже достаточно долго и неотрывно в упор разглядывает тех, кто явился объектом его размышлений.
— Все готово, Властитель.
Коротким взмахом руки Нидуммунд подал знак выдвигаться и, уже будучи в седле, не удержался и обернулся, чтобы бросить еще один взгляд на четверых смотрителей остающихся караулить д`хагоновский аппарат.
Весьма необычно было воспринимать тех в свете недавно полученных знаний. Ведь теперь было ясно, насколько непростыми существами их новые подданные являются на самом деле. Не просто несколько измененные представители прежнего вида разумных, а нечто большее. Образование, порожденное ни много, ни мало сплетением двух различных Миров, и к тому же, если так можно было выразиться, поле, на котором столкнулись интересы Тиранов этих Миров.
— В забавной, однако, они ситуации оказались. Ведь теперь в том, чтобы перетянуть их на свою сторону, заинтересованы Тираны обоих Миров.
Будут ли при этом Тираны им потакать? Пожалуй что будут… — правитель едва заметно усмехнулся, — Должно быть благоволение столь значительных сил могло бы поспособствовать достижению поразительных высот. Конечно, если суметь таковым воспользоваться.
А может быть и нет здесь ничего забавного. Как нет ничего забавного в том, когда двое не ладящих друг с другом родителей стремятся перетянуть каждый на себя общего ребенка. Для последнего итоги подобного зачастую оказываются плачевны…
И если результат благоволения Тиранов может вознести на небывалые высоты, то во что же может вылиться результат гнева Тиранов? Особенно в случае гнева обоих?
Поворотив застоявшегося и уже начинавшего бить копытом скакуна, Нидуммунд резко выкрикнул и послал того вперед. Доклад для Властителя Мира обещал получиться содержательным…
На следующее утро Турн встал вместе с первыми лучами солнца. Чувствовал он себя так, будто и не было ни длительного перехода на драккаре, ни мотания в течение целого дня по городу. Стараясь не потревожить свернувшуюся калачиком Дхари, ярл поднялся с ложа. Некоторое время он любовался спящей хозяйкой, а затем, найдя свою одежду, пошел во двор храма, мимоходом почесав за ухом лежавшего в ее ногах Читтаха. Священный зверь приоткрыл один глаз, проводил ярла внимательным взглядом до выхода, а затем, зевнув во всю пасть, закрыл глаз и, прикрыв нос хвостом, вновь уснул.