Как только большинство коренного населения какого-либо из таких Миров убеждалось в том, что их Мир и впрямь подошел к своей гибели, манера их поведения менялась коренным образом. Больше уже д`хагонам не приходилось использовать принуждение или заманивание для того, чтобы были выполнены необходимые им работы, да и сами такие работы больше не выполнялись абы как. Не говоря уже о том, что напрочь оставлялись всякие попытки выйти из подчинения.
Нет. Только лишь те, кому уж совершенно нечего было терять, не стремились заручиться благосклонностью своих хозяев и не старались заполучить себе место на каком-либо из уходящих транспортов. Все же остальные начинали выполнять вмененные им обязанности с многократно возраставшими усилиями. Причем при этом те, кому в силу их значительного общественно положения, пришлось бы потерять особенно много, тиранили своих менее удачливых соплеменников с таким усердием, что диву давались даже сами д`хагоны.
Разумеется это вело к значительному увеличению производительности, что самих д`хагонов конечно же устраивало, и потому распространению сведений о том, что всех покорных и ревностно трудящихся эвакуируют, они всячески потворствовали. Хотя часть своих рабов они и впрямь забирали, ведь в таком случае в очередной Мир они приходили уже имея при себе вышколенную рабочую силу и им не приходилось начинать на голом месте.
Но случались просчеты и у д`хагонов…
— …Там большинство коренного населения отказалось признавать утверждение о том, что Мирам свойственно умирать так же, как и обычным тварным существам, и что их Мир как раз и приблизился к стадии своего умирания.
В результате, вместо того чтобы следовать врученным им предписаниям и добросовестно пытаться снискать право на эвакуацию, они принялись разрабатывать концепцию о том, что это д`хагоны, все больше изменяя их Мир и приспосабливая его для свойственного им образа жизнедеятельности, попросту резко нарушили естественный для него баланс сил. То есть — чрезмерно истощили одни ресурсы, как наиболее потребляемые, и попутно истребили другие — те, что были им не интересны и о сохранности которых они соответственно не заботились. Причем последнее, естественно, особенно касалось растительной части Мира.
Как следствие же такого нарушения сбалансированности — внутри самого Мира условия жизни становились все более неприемлемы для большинства тех видов существ, что были приспособлены к совершенно другим — тем, что царили ранее.
Резко оборвав свой рассказ, посол несколько мгновений помолчал и, пару раз тяжело вздохнув, толи по поводу неосмотрительности действий своих соплеменников, толи по поводу непредвиденного упрямства аборигенов того Мира, возобновил свое повествование:
— Сами д`хагоны, узнав о распространении подобных идей, поначалу не обратили на них особого внимания и не восприняли как хоть сколько-нибудь серьезную опасность для своих планов. Ведь уже не одно поколение строило свою жизнь по той доктрине, что Миры умирают также как и прочие живые существа, и это себя вполне оправдывало. А у их рабов, казалось, выбора не было в любом случае — слишком уж необратима была истощенность ресурсов в данном конкретном Мире для того, чтобы те могли проверить в нем свою теорию.
Однако события повернулись совершенно неожиданным образом. Используя те знания и технологии, которые стали им доступны в результате влияния на их Мир д`хагонов, тем существам удалось создать поистине удивительные машины — они почти смогли заменить для их Мира утраченные растительные ресурсы…
— Почему «почти»? — внезапно перебил д`хагона Властитель Мира, до настоящего момента слушавший с молчаливым вниманием.
Помолчав некоторое время с откровенно недовольным видом, посол опять тяжело вздохнул и нехотя отозвался:
— Та часть Мира, что образована тварными существами, и та его часть, что образована растениями, являются дополняющими друг друга звеньями. Тела первых, в конечном итоге, становятся частью того, без чего невозможна жизнь вторых. А плоды и тела вторых есть то, без чего невозможна жизнь для части из первых. Машины не имеют подобного свойства и это главное, из-за чего они именно почти смогли стать заменой.