Как только за вышедшими закрылась дверь, Ордан внимательно посмотрел на Турна и заговорил:
— То, что ты сейчас услышишь, знают даже не все из друидов, только те из них, кто входит в Совет. Остальным же из нордлингов вообще подобные предания неизвестны. Видишь ли, Турн, с исходом альвингов было не все так гладко, как в тех преданиях, которые обычно поют скальды.
Был один из кланов альвингов именуемый Уэнанны. Во главе него стояла Гэльвейг. У альвингов такое бывало, чтобы во главе клана стояла женщина. Она была очень умелой в тайных искусствах, но превыше ее мастерства была ее властность. И она не захотела покидать этот мир, оставляя его во владение низшим существам, какими она считала тогдашних нордлингов, и неведомо откуда заявившимся выскочкам, каковыми называла эйсаров. Гэльвейг пришла к нашим богам и потребовала, чтобы они передали племена нордлингов под ее управление. Вышла очень серьезная размолвка, вылившаяся в столкновение клана Уэнаннов и сородичей Хэйимдаля. Во время боя были потери и с той и с другой стороны. Самой Гэльвейг несколько раз наносили серьезные раны, но она излечивала их буквально на глазах, черпая силы прямо из магической ткани небес.
И это не обошлось без последствий — далеко на востоке от наших земель вырвались на свободу выходцы нижних миров. Это были существа огромного роста, еще меньше напоминающие людей, чем альвинги. Некоторые из них были уродливы на вид, но некоторые отличались и необычной красотой. О них ты должен был слышать от скальдов — это эйтоны. Вторгшиеся тоже были искуссны в магии, но их искусство было другого рода. Они могли легко повелевать всеми стихиями враждебными людям. Также они могли буквально вытянуть из противника огонь жизни. Наши предки говорили, что человек при этом впадал ступор, какой бывает, когда охотник замерзает в лесу, и помочь ему после этого не могло ничего.
Когда вести об этом докатились до сражавшихся, то немедленно было установлено примирение. И теперь эйсарам пришлось усмирять незваных гостей. В итоге, равновесие все-таки было установлено, новые пришельцы больше не появлялись, а альвинги продолжили исход. После ухода альвингов эйсары постарались закрыть магические пределы от возможных вторжений и занялись уже только нордлингами. Гэльвейг же по одним легендам ушла одной из последних, по другим — осталась навсегда в этом мире блуждать призраком, как и погибшие в последних войнах альвинги или те из них, кто не успел уйти к назначенному сроку.
Ордан замолчал и, коротко взглянув в окно, продолжил:
— Турн, я хочу попросить, что бы то, что я тебе рассказал, никто из твоих уст никогда не услышал. Альвинги сделали нам гораздо больше хорошего, чем доставили неприятностей. Нет надобности лишний раз наводить тень на память ушедшего народа.
Ну, как мне кажется, с призраками мы разобрались. Что же касается той тени, то, по-моему, это дух одного из эйтонов. Некоторые из них тоже навсегда остались блуждать в этом мире в бесплотном виде.
— А теперь давай отправимся к твоему отцу. Нужно обсудить с ним предстоящие задачи, — после короткой паузы добавил друид.
Вот уже некоторое время конунг Ларн хранил молчание и подавленно сидел, упершись взглядом в ладони. Только что Ордан сообщил ему последние новости. На Ларна они произвели ошеломляющее впечатление. Конунг, несмотря на свой солидный возраст, всегда остававшийся крепким и статным, вдруг как-то сразу постарел и плечи его опустились.
Наконец, он собрал волю и, подняв голову, произнес:
— Быть посему! — твердость вернулась в его взгляд, и голос опять преисполнилась силы.
— Молодец, отец. Вождь, он всегда вождь! — одобрительно подумал Турн, глубоким вдохом пытаясь удержать охватившую его дрожь, и стараясь, чтобы присутствующие не заметили, как предательски намокли глаза.
Вдруг дверь широко распахнулась, и в комнату ворвался Сигги.
— Он… Я… Это… Он никуда без меня не отправится! — наконец выпалил он, тыча пальцем в своего товарища.
— Стоим под дверью и подслушиваем разговоры старейшин? Выйди отсюда вон, — ровным голосом сказал Ларн, не глядя в его сторону.
— Конунг Ларн! Я поплыву с Турном! — взвился Сигги.
— Поплывешь. А сейчас — выйди, — таким же ровным голосом ответил Ларн.
Рыжеволосый тут же осекся и шагнул за порог, аккуратно прикрыв за собой дверь.
— Ну вот и порешили, — подал голос Ордан, — Мы сегодня отправляемся назад, а вы начинайте приготовления к отплытию. Когда все будет готово, Ительга пришлет Страя с вестью, и я еще раз наведаюсь к вам.
С этими словами он встал из-за стола и, попрощавшись, вышел.